Из моего окна виден дом Шехтеля и аллея, названная именем русского архитектора немецкого происхождения.
Немецкие колонисты обильным потоком
хлынули в Россию,призванные императрицей Екатериной Алексеевной. Предоставленными льготами многие прибывшие колонисты воспользовались разумно. Уже во втором или третьем поколении немцы становились русскими и основательно обустраивались на новой родине.
Прадед Шехтеля приехал из Баварии в 1768 году. Дед обосновался в Саратове. Довольно быстро семейная компания Шехтелей окрепла. Магазины открылись во многих городах. В том числе и в Москве. Однако интересы успешных предпринимателей не ограничивались только торговлей. К примеру, Саратовский драматический театр стоит на месте театра Франца Шехтеля[1].
Отец будущего архитектора Осип Осипович Шехтель женился на Дарье Карловне Гетлиб из купеческой семьи. В 1859 году у них родился сын Франц-Альберт. Однако после скоропостижной кончины мужа Дарье Карловне пришлось пристраивать детей в разные семьи. Сама же она уехала в Москву, где была принята на должность экономки в доме П.М. Третьякова. Франц остался в Саратове на попечении родственника, купца Тимофея Жегина. Здесь будущий зодчий окончил гимназию и училище римско-католической семинарии.
Через три года разлуки Франц переехал в Москву к матери и поселился в доме Павла Михайловича Третьякова. Зятем Третьякова был известный архитектор Александр Степанович Каминский. Он преподавал в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Франца Шехтеля определили помощником в мастерскую Каминского. А в 1875 году направили учиться «на архитектора». Как он писал позже: «Профессии не выбирал – было решено давно: конечно же, архитектурное отделение Училища живописи, ваяния и зодчества».
Шехтель учился в научном, рисовальном, живописном и архитектурном классах училища вместе с Исааком Левитаном и Николаем Чеховым. Однако через три года он был отчислен с формулировкой «за плохую посещаемость». Причиной прогулов стала болезнь матери, которая по состоянию здоровья оставила работу у Третьяковых. С этого времени Франц-Альберт был вынужден самостоятельно зарабатывать на жизнь и заботиться о больной матери.
Молодой Шехтель оформлял журналы и книги, рисовал театральные афиши, декорации и костюмы для театральных постановок и народных гуляний. Однако эта вынужденная подработка помогла ему проложить путь в «большое искусство». Благо Бог не обделил талантами.
Первое признание пришло после того как он оформил праздничное шествие, посвящённое коронованию императора Александра III. В мае 1883 года на коронационных торжествах прошло аллегорическое шествие «Весна-Красна», поставленное антрепренером Лентовским.
Шехтель придумал сказочных персонажей, костюмы и бутафорию. Шествие имело большой успех, и в том же году Лентовский издал эскизы отдельным альбомом. Обложка была оформлена Шехтелем.
Эскизы к шествию и альбом «Весна-Красна» были оценены высоко[2]. И по заслугам.
Кстати говоря, А.П. Чехов отозвался на шествие в журнале «Осколки московской жизни»: «Про Лентовского можно целую книгу написать. Это замечательный человек. Когда он умрёт, ему непременно монумент поставят.
<…> На днях вышел его альбом “Весна-Красна”. <…> Альбом со всех сторон русский, но дело, надо полагать, не обошлось без вмешательства западных держав. Великолепная виньетка и таковые же рисунки подписаны неким Ф. Шехтель. Кто сей? Знаю я всех московских художников, но про Шехтеля не слыхал.… Держу пари на 5 рублей (кредитными бумажками), что он иностранец. Во всяком случае, хвалю»[3]. Оказалось, что не иностранец, а россиянин – выходец из Европы.
Франц учился вместе с Николаем Чеховым. Вскоре познакомился и со знаменитым писателем. Среди его многочисленных и разнообразных работ были и рисунки к произведениям Антоши Чехонте[4].
Знакомство переросло в крепкую дружбу. Антон Павлович представлял Шехтеля, называл его «талантливейшим из всех архитекторов мира»[5].
В одном из писем Чехову он писал: «Уверен, что без работы я был бы никуда не годен – как часы, не заводимые аккуратно и постоянно». А работоспособность Шехтеля поразительна. Даже перечисление спроектированных им объектов занимает немалое место. Начнём…
Но предварительно добавим, что в оформлении следующих коронационных торжеств 1896 года Шехтель тоже принимал участие. Для московских торжеств по проекту архитектора был построен царский павильон на станции Одинцово и на Триумфальной площади в Москве[6]. К сожалению, эти постройки не сохранились. Как и здание театра «Антей» в саду «Эрмитаж» на Божедомке.
Такова уж судьба архитектора. Не всё, что задумано, исполняется, не всё, что построено сохраняется.
Никольская часовня в память о дне бракосочетания императора Николая II и императрицы Александры Фёдоровны при храме Василия Кесарийского была разрушена вместе с храмом в 1935 году. Память о храме сохранилась в названии улицы – Васильевская.
А вот часовня-памятник Т.С. Морозову на Рогожском кладбище, построенная в 1889 году, сохранилась.
В 1891 году над фамильным участком Морозовых была установлена металлическая сень.
В 1892 году была возведена часовня со сторожкой при Соборе Петра и Павла в Старосадском переулке.
С этого времени молодой архитектор начал подписывать проекты собственным именем и лично наблюдать за их реализацией.
Первые светские каменные работы были совместными с А.С. Каменским. Например, дом Щапова.
Хотя некоторые исследователи считают его первой самостоятельной работой самого Шехтеля. Здесь просматриваются элементы «шехтелевского» стиля.
Собственный дом на Петербургском шоссе Франц тоже проектировал совместно, с архитектором А.Э. Эрихсоном. Вернее не сам дом, а его перепланировку. Шехтель пристроил двухэтажное правое крыло и разработал большую часть парадных интерьеров особняка.
Дом неоднократно перестраивался, но общие пропорции и колонный портик на фасаде сохранились. Типичный ампир.
В конце минувшего столетия здесь разместился Московский детский фонд. Бывал я там, но знать не знал, кто этот дом построил.
Многие москвичи наверняка бывали в красивейшем здании на Большой Никитской улице.
Антрепренёр Георг Парадиз, тоже русский немец, создал в нём свой театр, ныне известный как театр имени Маяковского. В.М. Дорошевич писал о нём: «Москва не может не любить Георга Парадиза. Здесь этот предприимчивый Herr директор скромно начал свою антрепренёрскую карьеру, в покойной солодовниковской театральной щели. Благодаря Москве он достиг “степеней известных” и стал обладателем целого театрального замка на Никитской»[7].
Само здание построено по проекту К.В. Терского. Лицевой фасад выполнен по чертежам Ф.О. Шехтеля[8]. Никто мимо не пройдёт, не полюбовавшись этим удивительным зданием. Украшение столицы. Жаль, что Фёдор Осипович больше не создавал проекты в русском (неорусском) стиле.
С тех пор последовали многочисленные заказы. Начинает формироваться особенный шехтелевский стиль.
Такова усадьба Зарина-Долгорукова-Кузнецовой. Этот дом принадлежал знаменитому заводчику Матвею Кузнецову (Дулёвский фарфор).
Имение было построено в XVIII веке и полностью перестроено в 1875–1901 годах. Изначально усадьба включала главный корпус и два флигеля. Шехтель объединил два левых корпуса в самостоятельную усадьбу и возвёл отдельный особняк Надежды Кузнецовой.
Отметим, что здания, построенные по проектам Шехтеля, не повторялись, но всегда удивляли и часто восхищали. В первую очередь это «особняк Зинаиды Морозовой», построенный по заказу её мужа Саввы.
Моё знакомство с творениями Шехтеля началось именно с этого особняка. Когда я трудился в Музее народного искусства, то познакомился с внуком и полным тёзкой знаменитого предпринимателя и мецената. Мы прогуливались с ним от нашего музея, который располагался в доме его дяди Сергея Тимофеевича Морозова в Леонтьевском переулке. Разговаривая, дошли до Морозовского особняка на Спиридоновке. Показывая на него, Савва Тимофеевич сказал: «Это дом моего деда». В восьмидесятые годы прошлого столетия услышать эти слова было, мягко говоря, непривычно.
Сказочный дворец! Неужели в нём могли жить «обычные» люди. Не совсем, конечно, обычные – богатейшие предприниматели. Но всё же… Жаль, подробностей его рассказа не запомнил. Молодой был, считал, что это мне не пригодится. А теперь очень жалею. Единственное что осталось в памяти, – ответ на мой вопрос, как мог такой богатый человек давать деньги на революцию? Савва Тимофеевич ответил, что родственники не одобрили его поступок. И замялся. Время-то было ещё советское. И добавил, что на его судьбе родственная связь с богатейшими людьми России (буржуями, по тем понятиям) не сказалась.
Савва Морозов старший к десятилетию свадьбы решил сделать подарок своей супруге Зинаиде – построить новый дом. И пригласил молодого Шехтеля. Они были знакомы ранее. Франц спроектировал для него деревянную дачу на реке Киржач. Заказ такого масштаба для архитектора был первым. На то время он ещё не имел диплома, а без него строить в Москве не разрешалось. Шехтель подал чертежи нового здания на регистрацию. По ним и получил разрешение.
Всего для проекта было выполнено шестьсот чертежей: инженерные планы, детали интерьера и наброски мебели.
Для оформления интерьеров Шехтель пригласил Михаила Врубеля, с которым вместе учился ещё в Саратове.
Дворец получился на загляденье. Стиль «английская готика», но в старинную московскую улицу он вписался органично.
Причём красота и удобство в нём гармонично сочетались. По словам современных сотрудников МИДа «в доме легко дышится, легко думается и работается».
После смерти мужа Зинаида Григорьевна не смогла оставаться в их семейном доме и продала его предпринимателю Михаилу Рябушинскому. Он пожелал жить рядом со своим братом Степаном, дом которого находится на другом конце Спиридоновки.
Позже З. Г. Морозова приобрела обветшалое поместье Горки близ Подольска. Усадьбу реконструировал, конечно же, Шехтель. После революции усадьба была национализирована и оборудована под резиденцию В. И. Ленина. Внешний вид и внутреннее убранство сохранились. В отличие от многих соседних «буржуйских гнёзд». Теперь это исторический заповедник «Горки Ленинские».
В 1927 году З.Г. Морозовой была назначена пенсия в 120 рублей, благодаря хлопотам В.И. Немировича-Данченко. За вклад в создание Московского Художественного театра. Её сын Тимофей Саввич погиб. А внук Савва Тимофеевич (1911–1995) стал почётным полярником, несколько десятков лет сотрудничал с газетой «Известия» и написал книгу «Дед умер молодым». А мне рассказал об усадьбе на Спиридоновке…
С 1938 года в Морозовском особняке расположился Дом приёмов иностранных делегаций. В его стенах проходили встречи «на высшем уровне» и подписывались важнейшие документы. Например, Московская декларация 1943 года, которая легла в основу устава Организации Объединённых Наций.
Изысканности внешнего вида соответствовало и внутреннее убранство усадьбы. Шехтель считал важным сочетание красоты и удобства. Некоторые дворцы он «оформлял» совместно с Михаилом Врубелем. До наших дней сохранились интерьеры домов Морозова и «сахарного короля» П. И. Харитоненко. Сейчас в нём располагается резиденция посла Великобритании.
Сочетание красоты, удобства и новейших достижений характерно для многих творений Шехтеля. Например, в особняке Дерожинской были проведены водопровод, электричество, телефон, канализация, система водяного отопления и вытяжной вентиляции.
Для москвичей же важен внешний вид его творений. В особняке госпожи Дерожинской «шехтелевский почерк» узнаётся сразу. Многие скажут – «типичный модерн». И будут правы. Этот архитектурный стиль, который создавался Ф.О. Шехтелем, иногда называют московским модерном.
Модерн Шехтеля стал олицетворением русской архитектуры конца XIX – начала XX веков. Этот новаторский по тем временам стиль вызывал споры и соперничал с неорусским стилем, но шехтелевские здания, несомненно, украсили Москву.
Сейчас особняк занимает посольство Австралии. Так что произведению Шехтеля повезло, первоначальный облик сохранился.
Александра Ивановна Дерожинская, владелица Товарищества мануфактур, в первом браке была Рябушинская. Может быть, поэтому её дом имеет сходство со знаменитым особняком Степана Рябушинского на Малой Никитской.
Этот особняк Шехтель построил для своего друга – крупного предпринимателя, старообрядца, собирателя икон Степана Рябушинского. Это удивительное строение тоже сохранилось «в подлиннике», но благодаря не МИДу или посольству, а Максиму Горькому. Советское правительство предоставило особняк известному писателю по его возвращении из эмиграции. В 1965 году дворец Рябушинского стал музеем А.М. Горького. Иностранные туристы ищут его по карте как самую интересную достопримечательность Москвы, чему я был свидетелем. Сам тоже побывал в доме Рябушинского. Когда мы собирали подписи в защиту Музея народного искусства, сотрудники музея Горького поставили свои подписи. А я полюбовался внутренними красотами дворца.
Особняк Рябушинского-Горького-Шехтеля действительно представляет собой удивительное творение. Высшее мастерство архитектора, сумевшего сделать жилой дом картинкой в камне. В народе в таком случае говорят: «дом – игрушечка». Он придаёт особенный колорит изящества древней Москве.
Ещё один дом, сотворённый талантливой рукой Шехтеля, стоит на Тверском бульваре.
При реконструкции старого здания архитектор объединил под одним фасадом все пристройки и флигели. Довольно обширное домовладение включило ещё несколько строений во дворе. И этот «двор» составил единое архитектурное целое с фасадом.
Шехтель не только готовил проект, но и контролировал строительство, лично сдавал объект заказчику.
В 1990 году бóльшую часть усадьбы отдали Пенсионному фонду. На первом этаже была организована столовая для сотрудников. И в неё был открыт доступ людям «с улицы». Так что в обеденный перерыв я с удовольствием ходил сюда, даже не подозревая, что этот дом – дело рук и фантазии знаменитого Шехтеля.
В 2006 году особняк Смирнова реставрировали. Он был признан лучшим реставрационным проектом Москвы. Теперь в «Доме Смирнова» проводятся торжества и деловые мероприятия, но без особого приглашения вы сюда не попадёте.
* * *
Одним из самых «громких дел» Ф.О. Шехтеля стал Московский Художественный театр. Его пригласил для проектирования Савва Тимофеевич Морозов «по старой памяти».
Шехтель по своей привычке подошёл к делу комплексно. Фёдор Осипович продумал всё до мельчайших деталей. Включая конструкцию сцены с движением и другие новейшие технологии театрального дела. Особое внимание акустике зала. Звук для театра – первейшее дело. Впрочем, как и интерьер. Как говорил его друг А.П. Чехов, «театр начинается с вешалки». И, конечно же, оригинальный архитектурный вид. Всемирно известную эмблему МХАТа – летящую над волнами чайку – тоже вывела рука Шехтеля.
Фёдор Осипович создал проект безвозмездно. При постройке отслеживал всё до мелочей. Биограф Шехтеля Е. Кириченко пишет: «Близкая по своим устремлениям творчеству Шехтеля программа театра вдохновила его на создание одного из лучших своих произведений. Он создал в театре атмосферу серьёзности, почтительного и благоговейного отношения к искусству, невольно подчиняющую себе зрителя. Всё, от конфигурации и размеров помещений, цветовой гаммы до мебели, светильников и шрифта надписей, подчинено единой цели: созданию особого мира, интеллектуально и эмоционально насыщенного».
Зрителя подготавливали к восприятию спектакля ещё на подходе к театру. В том числе и уличные фонари.
МХАТ в Камергерском по праву получил статус «Объект культурного наследия федерального значения».
Ещё одним известным «культурным объектом» Шехтеля стал Художественный электро-театр.
«Художественный» – старейший кинотеатр Москвы. Один из старейших в мире. Причём действующий по сей день.
* * *
Следующим объектом культурного наследия стало здание типографии Товарищества А.А. Левенсон.
В 1896 году товарищество выполняло заказ Министерства Императорского двора к коронации Николая II и Александры Фёдоровны. С тех пор оно получило статус «Поставщик Двора Его Императорского Величества». В том же году скоропечатня получила золотую медаль на выставке в Париже.
В типографии Левенсона был напечатан поэтический сборник Марины Цветаевой «Волшебный фонарь».
Типография специализировалась на выпуске художественных альбомов, программ для Императорских театров.
Однако более известным типографским зданием Шехтеля всё-таки стало «Утро России» П.П. Рябушинского.
Сейчас здание официально называется Многофункциональный центр «Дом Шехтеля». В альбомах по архитектуре здание представлено как образец рационального модерна.
Шехтель брался не только за помпезные проекты. Он спроектировал множество строений бытового и производственного назначения. В этом случае архитектор не использовал внешние эффекты, а старался, чтобы в них было удобно жить и трудиться.
Таков доходный дом Шамшина, созданный совместно с Н.Н. Благовещенским. Минимум архитектурных украшений, максимум удобства.
Таков и Торговый дом Московского купеческого общества на углу Малого Черкасского переулка и Новой площади.
Здание являлось конторским и предназначалось для сдачи в аренду членам общества. Несмотря на большие размеры, оно не выглядит громоздким. Сказывается мастерство архитектора. «Лёгкость» придают большие окна и соразмерность.
По архитектурной классификации здание относится к стилю рационального модерна. Теоретики считают, что в нём просматриваются элементы будущих стилей конструктивизма и формализма.
В том же стиле построен банк «Товарищества мануфактур» П.М. Рябушинского на Биржевой площади.
Позже на здание надстроили два этажа. Теперь оно выглядит так. Сейчас здесь располагается Федеральная служба по труду и занятости.
И всё-таки даже сверхрациональный модерн творчески мыслящий архитектор Шехтель старался украсить декоративными элементами. И сугубо коммерческое предприятие буквально расцветало. Как, например, фарфоровый дом на Мясницкой.
Огромный бело-розовый дом на Мясницкой улице строился для фарфорового магната Матвея Кузнецова. Здесь можно было купить или заказать посуду самого разного уровня. Клиентами были и крестьяне, и аристократы.
А когда фантазия архитектора ничем не ограничивалась, то получался шедевр «деловой постройки».
24 сентября 1903 года газета «Новости дня» писала: «На Старой площади введено в эксплуатацию пятиэтажное здание Московского страхового общества, построенное по проекту академика архитектуры Ф.О. Шехтеля. Фасад дома облицован глазурованным серо-зелёным кирпичом, главный вестибюль украшен витражом, изображающим Кремль при заходе солнца. Значительная часть здания сдана Богородско-Глуховской мануфактуре. Первые три этажа с подвалами рассчитаны на торговые помещения и конторы, четвёртый и пятый – заняты гостиницей “Боярский двор”».
За это роскошное деловое здание Шехтель был удостоен звания академика архитектуры. Даже не имея специального образования.
Работа оказалась настолько удачной, что в советское время здесь расположился Центральный комитет КПСС. Парадокс истории: строители рабоче-крестьянского государства трудились над созданием светлого будущего в боярских покоях!
После устранения компартии от власти в обжитом здании устроилась Администрация Президента Российской Федерации. Всё как при советах, вот только к самому дому теперь не подойдёшь – забор. Красивый, но непроходимый.
А где же жил сам Фёдор Осипович? О его первом доме на Петербургском шоссе мы уже упоминали. Первый дом, построенный «для себя», стоит в Ермолаевском переулке.
Архитектор экспериментировал. Получился своеобразный теремок в стиле английского модерна. На мозаичном панно выделены литеры F и S – инициалы архитектора. В настоящее время в нём располагается посольство республики Уругвай. Любимое место наших вечерних прогулок.
От дома Шехтеля в Ермолаевском совсем недалеко особняк на Большой Садовой.
Проектируя собственный дом, архитектор по привычке экспериментировал. Классический вид и асимметрия модерна. В результате стиль определили как неоклассицизм.
Над аркой фриз с античными фигурами, выполненный по рисунку Шехтеля. В центре барельеф с изображением богини Афины. К ней обращены архитектор, скульптур, художник и арфистка.
17 декабря 1909 года владелец участка Фёдор Шехтель попросил разрешения возвести два новых здания, а во дворе поместил свою студию-мастерскую.
Кстати, новый особняк соседствовал со зданием Московского архитектурного общества, возглавляемого самим Шехтелем с 1906 по 1922 год. Ещё в 1901 году для получения звания академика Фёдор Осипович подал в Императорскую Академию художеств список своих построек, который к тому времени состоял из 45 крупных реализованных проектов. После создания архитектором ансамбля российских павильонов на Международной выставке в Глазго, Ф.О. Шехтель был удостоен почётного звания академика архитектуры.
Фёдор Осипович был избран почётным членом Общества британских архитекторов, архитектурных обществ Рима, Вены, Глазго, Мюнхена, Берлина и Парижа.
Фёдор Осипович был гостеприимным человеком. В его доме гостили Павел Флоренский, Наталья Гончарова, Владимир Маяковский. Здесь Василий Чекрыгин готовил иллюстрации к первой книге Владимира Маяковского «Я!».
Во время революции Шехтеля настойчиво звали в Швецию и Францию. Но он остался. «Моя родина – Россия, и я приму всё, что принимает она».
Но революция неумолима. Его особняк «передали в пользу бедных». Пришлось переезжать к дочери на Большую Дмитровку.
Только в XXI веке произошло «возвращение» в родной дом. В 2009 году в особняке проходило празднование 150‑летия со дня рождения знаменитого архитектора. Тогда же прошла международная научная конференция «Фёдор Шехтель и эпоха модерна». На следующий год состоялась презентация книги Ирины Оболенской «Архитектурная сказка Фёдора Шехтеля: к 150‑летию со дня рождения Мастера». Тогда же родилась идея создать музей и общественно-культурный центр имени Ф.О. Шехтеля.
Сейчас в дом Шехтеля можно попасть только по особому разрешению. Зато его любят кинематографисты. Здесь снимались многие фильмы о прошлой русской жизни.
Между старым и новым домом Шехтеля, от Большой Садовой до Ермолаевского переулка, пролегла «Аллея Шехтеля». Правда, своё имя она приобрела совсем недавно.
В 2016 году Правительство Москвы приняло решение назвать ранее безымянный сквер в честь архитектора, украсившего улицы столицы удивительными произведениями. Без них уже невозможно представить наш город.
При жизни Шехтеля здесь стоял храм Святого Ермолая, что «на Козьем болоте». В 1915 году в этом храме Франц-Альберт был крещён по православному обряду и стал Фёдором Осиповичем[9]. В 1926 году в нём отпевали раба Божия Фёдора.
Храм был разрушен в 1932 году. На его месте установлен поклонный крест на камне, который лежал в основании памятника патриарху Ермогену в Александровском саду.
Мне посчастливилось участвовать в этом историческом событии.
Много лет назад, впервые проходя по этому скверу, я почувствовал что-то родное. Зазвенела какая-то внутренняя струна. Однако понять значение этого внутреннего голоса смог тогда, когда наша семья переехала на Большую Садовую и из моего окна стал виден памятный крест на алее Шехтеля.
* * *
Кавалер орденов святой Анны и святого Станислава, великий русский архитектор немецкого происхождения Фёдор Осипович Шехтель скончался 7 июля 1926 года[10]. Он был похоронен на Ваганьковском кладбище, на участке фамильного захоронения. Надгробие спроектировал сам Фёдор Осипович в 1895 году после кончины сына Бориса[11]. На плите надпись «Семейство Шехтель». На правой части плиты едва заметная надпись «Фёдор Осипович».
* * *
Многие фильмы о Москве украшают кадры с видом сказочного шехтелевского Ярославского вокзала.
Бюст Фёдору Осиповичу Шехтелю был установлен в 2011 году у главного входа в Ярославский вокзал.
Изображение Ярославского вокзала и портрет архитектора помещены на памятной монете Банка России «Архитектурные шедевры».
Удивительно, сколько Фёдор Осипович успел создать! В прекрасный облик Москвы Шехтель вписал свои ярчайшие неповторимые мазки – настоящие архитектурные шедевры.
* * *
Ещё раз обратимся к высказыванию Фёдора Осиповича «Моя родина – Россия, и я приму всё, что принимает она». Он прекрасно понимал, как трудно ему придётся в послереволюционной стране, наполненной ненавистью ко всему, что связано с «буржуями». Многие из тех, кому он строил особняки, покинули страну. Шехтель остался. Для чистокровного немца истинной Родиной стала Россия. А он стал её верным сыном.
Таковыми были многие русские немцы. Их оттока на историческую родину не произошло во время войны с Германией, хотя отношение к ним значительно ухудшилось по понятным причинам. Не произошло бегства и в гражданскую войну, несмотря на повсеместное разорение страны. Более того, была образована Автономная республика Немцев Поволжья. В её состав входили четыре района со столицей в Покровске (с 1931 года – Энгельс).
Немецкий язык был принят в качестве второго языка делопроизводства и как язык обучения в школах. Образовано государственное издательство Немцев Поволжья. До сентября 1941 года в городе работали Немецкий педагогический институт и Немецкий сельскохозяйственный институт.
В начале Великой Отечественной войны никаких санкций против немцев не последовало. Но когда фронт продвинулся на восток, все немцы по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 года были выселены в Казахскую ССР, на Алтай и в Сибирь.
Иначе и быть не могло. Если вам приходится воевать с немцами, какое отношение будет к немцам внутри страны? Ответ очевиден.
Переселение должно было производиться по строгому распорядку. С оформлением постановления суда на каждую выселяемую семью. Разрешалось брать с собой личное имущество, мелкий инвентарь и продовольствие, но не более одной тонны на семью. Однако во время войны с Германией, конечно, никто не соблюдал нормальных условий переселения поволжских немцев. В общей сложности из Поволжья было выселено четыреста тридцать восемь тысяч человек. Безусловно, переселение целого народа с обжитых мест – это трагедия. Но войска вермахта действительно дошли до Волги. Как повели бы себя немцы с приближением германских войск, предсказать было невозможно.
Надо признать, что народ безвинно пострадал в тех условиях. Российские немцы были верны своей новой Родине и честно служили России в течение нескольких поколений. Они бесстрашно сражались в рядах Красной армии против захватчиков. Многие были удостоены звания Героя Советского Союза.
До сих пор российские немцы испытывают горечь от безвременных утрат. Но в первую очередь в том вина Гитлера, развязавшего агрессию против Советского Союза. Без неё доброжелательное отношение к нашим немцам не изменилось бы.
Как видим, гонения на немцев происходили только тогда, когда между Россией и Германией начинались военные конфликты. Во время Первой мировой и Великой Отечественной войн.
После окончания Великой Отечественной войны восстановление нормальной жизни российских немцев было сложным. И это тоже понятно – главным врагом несколько лет была Германия.
13 декабря 1955 года был обнародован Указ Президиума Верховного Совета «О прекращении ограничений в правах немцев и членов их семей, которые находятся на спецпоселении».
В 1957 году в Москве вышел первый номер центральной газеты на немецком языке «Нойес Лебен» («Новая жизнь»).
Предпринимались попытки восстановить немецкую автономию. Две делегации советских немцев были приняты в Кремле, и даже начались предварительные проработки проекта. Однако они не были реализованы. Против проекта выступили руководители и хозяйственники Казахстана, где в то время проживала половина российских немцев, объясняя это тем, что народное хозяйство республики пострадает.
По данным переписи 1989 года в СССР проживало два миллиона тридцать тысяч немцев. Из них в Российской Федерации восемьсот тысяч. Однако по данным председателя Международного союза немецкой культуры Генриха Мартенса[12] таковых было гораздо больше – три с половиной миллиона.
За последние годы в Германию переехало полтора миллиона этнических немцев. Из России шестьсот двенадцать тысяч, из Казахстана пятьсот семьдесят[13]. Почти все выходцы из России сохранили российский паспорт[14].
В наши дни пять-семь тысяч человек ежегодно перебираются в Германию. В обратном направлении возвращаются в Россию по три тысячи российских немцев[15]. На вопрос, почему некоторые немцы возвращаются в Россию, Генрих Мартенс отвечает: «Во‑первых, часть немцев уезжали в Германию, поддавшись массовому настроению. А переехав, вдруг поняли, что им лучше в России, где они родились и выросли. Особенно это касается старшего поколения».
Кстати, есть и те, кто в 90‑е годы переехал в Германию, поднакопил средств, а теперь инвестирует их в Россию, как правило, в те места, откуда родом. Как, например, Александр Шнейдер, который восстановил парк отдыха в родном селе Яровое и превратил городок в туристический край[16].
Генрих Мартенс уверяет, что немало российских немцев, которые переехали в Германию, ощущают себя гражданами Российской Федерации: «Очень многие наши соотечественники, проживающие в Германии, ощущают духовную связь со страной, в которой они родились, где прошло их детство».
Уехало много. Остались самые преданные. Золотой генофонд. Труженики на благо России.
В 1991 году Международный союз немецкой культуры организовал первый всероссийский фестиваль немецкой культуры. В 2022 году Председателем МСНК была избрана Елизавета Граф.
Елизавета Егоровна родилась в многодетной семье российских немцев в деревне Неудачино Татарского района Новосибирской области, где сохраняются традиции российских немцев и говорят на нижненемецком диалекте Plattdeutsch.
Генрих Мартенс стал почётным председателем Международного союза немецкой культуры.
О численности немцев в современной России он сообщает, что, согласно переписи 2010 года, в стране проживало порядка четырёхсот тысяч российских немцев. «Но здесь нужно иметь в виду, что в анкете не было обязательного вопроса о национальности. Многие её не указывали. Поэтому реальная цифра, по нашим оценкам, 600–700 тысяч человек».
Сегодня большая часть российских немцев живёт на Алтае, в Омской, Томской, Новосибирской, Кемеровской областях и в Санкт-Петербурге.
Самое большое количество немцев проживает в Алтайском крае (50701 человек). В пятистах километрах от Барнаула расположен Немецкий национальный район с центром в селе Гальбштадт (Некрасово).
Переселение сюда началось ещё в начале XX века. Император Николай II передал колонистам 60 тысяч десятин земли.
В Омской области проживает 50 тысяч этнических немцев. Большинство из них – потомки переселенцев из Ставрополья, из Саратовской и Самарской губерний. Азовский немецкий национальный район с центром в селе Азово был образован в 1991 году. В Немецкий район вошли двадцать сёл и деревень, в некоторых из них немецкое население составляет большинство.
Здесь много внимания уделяется сохранению традиций. В 12 детских садах и в 19 школах района преподают немецкий язык, выходит газета «Ihre Zeitung» («Ваша газета»), ежегодно проходят фестивали немецкой культуры.
В Новосибирской области живут 30924 немца. Почти треть из них в Новосибирске. В Красноярском крае – 22 тысячи человек, в Кемеровской области 23 тысячи, в Тюменской 20, в Челябинской 18. Численность немцев в Свердловской, Волгоградской областях и в Краснодарском крае превышает десять тысяч человек.
2849 петербуржцев имеют немецкие корни. Здесь было создано «Немецкое общество Санкт-Петербурга». Выходит газета на немецком языке «St. Pеtersburgische Zеitung»[17].
В трудное для России время русские немцы всегда поддерживали устремления своей Родины. В то время когда власти ФРГ ввязались в очередную войну с нами, «простые», настоящие немцы вновь в рядах её защитников.
На стороне России в зоне СВО сражаются более шестисот немцев. Некоторые из них отправились защищать Донбасс ещё в 2014 году. Всем им на родине грозит уголовное преследование. Виктор из Гамбурга объясняет свой поступок: «Украина русская и на самом деле называется Новороссия». По его словам, большинство немцев, поддержавших специальную военную операцию, имеют русские корни и прекрасно знают историю, кто и зачем создал Украину. Мне неоднократно довелось беседовать с Маргаритой Зайдлер, которая специально приехала из Германии на Донбасс защищать русскую землю. И всякий раз меня удивляла и вдохновляла её глубокая Вера в Бога и в Русское Дело.
Подобное отношение к СВО характерно для русских немцев, живущих в России. Не для всех, но для большинства.
То, что люди всех национальностей сражаются и погибают за Россию, – показательный пример подлинного единства наших народов.
В статье использованы фотографии автора
Источник: НИР №3-4, 2026
Владимир АНИЩЕНКОВ
[1] Мушта А. Отрочество Шехтеля//Памятники Отечества: Сердце Поволжья. – Саратов: Памятники Отечества, 1998.
[2] Кириченко Е.И. В начале пути (О раннем творчестве Ф. Шехтеля)//Куранты. – М., 1987.– № 2.– С. 247–251.
[3] Там же. С. 108.
[4] Псевдоним Антона Павловича Чехова.
[5] Федина М., Кириченко Е., Сайгина Л. и др. Архитектурная сказка Фёдора Шехтеля: к 150‑летию со дня рождения Мастера. – М.: Русский импульс, 2010.– С. 109.
[6] Там же. С. 138.
[7] «Новости дня», № 2154, 1889 год.
[8] Кириченко Е.И., Сайгина Л.В. Романтический зодчий модерна Фёдор Шехтель. – М.: Юкос-Менатрон, 2000. – 332 с.
[9] Сайгина Л. Чародей русского модерна//Наука и жизнь. – М., 2009.– № 8.– С. 132–147.
[10] Нащокина М.В. Архитекторы московского модерна. Творческие портреты. – 3‑е изд.– М.: Жираф, 2005.
[11] Архитектурная сказка Фёдора Шехтеля: к 150‑летию со дня рождения Мастера. – М.: Русский импульс, 2010.
[12] Мартенс Генрих Генрихович – президент Федеральной национально-культурной автономии российских немцев с 2009 года. Родился в 1956 году в Донецке.
[13] По данным Федерального центра политического образования Bundeszentrale für Politische Bildung.
[14] Переселенцы из стран бывшего СССР в Германии. https://wiki2.org/ru/.
[15] Кирилл Кудрин. Ежегодно около трёх тысяч немцев возвращаются в Россию. Известия. 19 мая 2017.
[16] Жизнь-качели: русский немец вернулся в Сибирь после 26 лет в Германии. Он восстанавливает любимый парк https://ngs.ru/text/entertainme nt/2020/09/30/69484923/
[17] Где живут немцы в России. //Кириллица. 2017–10–07. https://cyrillitsa. ru/past/48866‑gde-zhivut-nemcy-v‑rossii.html