До появления академий изящных искусств передача технологий и знаний от отца к сыну, от брата к брату была единственным способом обучения. Примерами династий художников
являются семейство голландских художников Брейгелей, итальянское семейство Космати, занимавшееся изготовлением орнаментальных композиций из пластин натурального камня… В современном мире потомственные художники выделяются среди всей массы творцов своей органичностью, лёгкостью и творческой свободой, ведь для них заниматься искусством – это как для рыбы плавать. Такие авторы родились с врождённым вкусом и пониманием Пути художника. В данной статье речь пойдёт о московском художнике-живописце Елене НЕНАСТИНОЙ, которая создала авторскую систему творчества, основанную на теории активного взаимодействия предмета с пространством художника Владимира Фаворского. Елена занимается педагогической работой не один десяток лет, она разработала свою уникальную методику обучения, при которой человек вне зависимости от уровня художественной подготовки сразу интегрируется в творческий процесс.
Елену Ненастину можно смело назвать потомственным художником, её мать была театральным художником, отец – главным художником часового завода. Современные исследования показывают, что генетическая предрасположенность к длительной работе, требующей усидчивости, и образному мышлению в очень большом проценте случаев передаётся по наследству. Но чтобы реализовать себя как художник, мало унаследовать талант, нужны также благоприятная среда для развития творческого потенциала и труд самого человека.
Развитие художественной традиции: от Фаворского к Ненастиной
Из своего родного Каменск-Уральского Елена переезжает в Москву. В 1977 году оканчивает Московское училище декоративно-прикладного искусства имени М.И. Калинина по специальности «художник по кружеву». В 1986 году получает высшее образование в Московском полиграфическом институте (МПИ) по специальности «художникграфик». На творческий метод Елены оказал влияние выдающийся художник-график, педагог Владимир Петрович Косынкин (1941–2025). А на Владимира Петровича огромное влияние оказал советский художник книги, театральный художник Андрей Дмитриевич Гончаров (1903–1967), который в 1921 году учился на графическом факультете ВХУТЕМАСа на отделении гравюры на дереве у В.А. Фаворского. С 1924 года работал ассистентом В.А. Фаворского по курсу «Графические дисциплины». Владимир Андреевич Фаворский (1886–1964) – график, иллюстратор, педагог – является знаковой фигурой в истории отечественного изобразительного искусства ХХ века. Он один из немногих носителей дореволюционной художественной культуры, развивший в стройную теорию художественные искания начала ХХ века, сумевший передать своё понимание последующим поколениям и оказавший влияние на многих художников поколения последующего. Линия в искусстве Фаворский → Гончаров → Косынкин → Ненастина – редкий пример неразрывной передачи художественной традиции в отечественном искусстве вопреки всем историческим потрясениям ХХ века.
Теория «активного пространства»
Одним из базовых положений теории Владимира Фаворского является построение пространства в картине через активное взаимодействие вещи и предмета с окружением. Важность этого подтверждается огромным рядом примеров из истории развития живописи: поздние работы Тициана, полотна Эль Греко, венецианская школа живописи, офорты и живопись Рембрандта, творчество Джона Констебла и Уильяма Тёрнера.
Согласно теории Фаворского, композиция должна организовывать пространство живописной или графической работы в художественный образ, дающий обобщённое представление о реальности. В эпоху, когда помимо фото- и видеосъёмки существует много способов прямой документации реальности: 2D- и 3D-сканирование высокого разрешения, аэрофотосъёмка, дроны с камерами, стереография (3D-фотография), художнику нет смысла копировать видимое глазом. Если копировать может робот или принтер, то творить, создавать образ (а не просто генерировать новые изображения на основе аналогов из прошлого) способен только человек.
Елена Ненастина ставит своим ученикам правильную задачу – заниматься духом, а не буквой живописи: создавать метафору, строить образ пространства, а не пересчитывать предметы. В своей методике, опираясь на теорию Владимира Фаворского, Елена выделяет несколько типов построения картины: метод построения глубокого пространства через работу с освещёнными плоскостями (Жорж де Латур) и пространство, построенное на работе с локальными цветовыми, перекликающимися между собой пятнами. Но Елена подчёркивает, что такое деление условно, ведь художник в своей работе всегда комбинирует разные методы.
Творчество Елены Ненастиной
В её работах нет «заученных» цветовых сочетаний и однообразия колористических решений, это художник, владеющий очень большим арсеналом технических приёмов (фактуры, процарапывания, комбинирования оттиска и рисунка, смешанные техники) и композиционных решений. Тут хочется вспомнить Огюста Ренуара, многократно пересматривавшего свои приёмы на протяжении жизни: в ранний период для художника были характерны динамичная манера письма и фрагментарность в компоновке бытовых сцен, после поездки в Италию он стал подражать академизму, начал применять более строгий контур, затем он вернулся к импрессионистической манере письма.
Для Елены Ненастиной приём – это язык, с помощью которого ведётся разговор, но не самоцель. Работа с натурой – это диалог о цвете, форме, пластике. Ваза на подоконнике, луч света в комнате, дом в саду – повод разглядеть пульсацию жизни вокруг. Художник не перечисляет блики, складки, листья, а при помощи ритма цветовых пятен конструирует образ пространства, где все предметы – часть переживания пространства. Елена отбрасывает всё лишнее, чтобы заниматься основной задачей живописи – работой с цветом. Художники веками боролись с верховенством сюжета, чтобы приблизиться к главной радости для живописца – полной свободе в работе с цветом.
Бывает живопись «душная», тяжёлая, от которой хочется скорее уйти в соседний зал музея или выбежать на улицу… Работы Елены Ненастиной полны воздуха, в них есть особая лёгкость – важное качество для современной живописи. Легкость – не просто свидетельство живости и непосредственности художественного жеста, виртуозной техники, именно она приносит наслаждение зрителю, давая возможность отдохнуть от перенасыщенности образами и событиями современной реальности.
«Книга об истине и благе» Лao-цзы говорит о том, что пустота – источник образа. В китайской философии даосизма пустота понимается не как отсутствие чего-то, а как возможность для наполнения новой энергией и созидания. В традиционной китайской живописи принято оставлять паузы, чтобы дать зрителю возможность «дорисовать изображение», где пустота напоминает о бесконечности. Лист или холст – это не фон, а пространство, где существует предмет и происходит действие.
Работа Елены Ненастиной «Утро» (2021) строится на балансе пустотных и насыщенных участков. Ваза возникает из фона, но не отделена от него, яркий свет заливает стол, слегка отражается от предметов, создавая ощущение радости от наступления нового дня. Контур – не обводка, а средство создания ритма. В этом полотне можно увидеть, как «активное пространство» Фаворского соединяет детали в ритмичную среду: предметы, подобно аккордам, создают «музыку пространства». Для понимающего человека важнее общее впечатление от живописного полотна, нежели точность контура: согласно гештальт-теории восприятия глаз легко достраивает размытые и недостающие детали, чтобы распознать привычный образ предмета. Люди смотрят картины ради того, чтобы увидеть необычный взгляд на привычные объекты. В работе «Праздничное шествие» фигуру можно заметить не сразу, но поражает, насколько точно автор передаёт пестроту карнавала, атмосферу всеобщего веселья. «Зеркало» (2025) – символический образ рефлексии, уединения, углублённого созерцания. В книжной графике Фаворского пространство сжимает детали в ритмичную среду, а авторский метод работы с «коробкой сцены» усиливает это динамикой пульсирующих ритмов, насыщенных фактурами и деталями участков. Полотна Елены Ненастиной можно сравнить с этюдами Скрябина (ор. 2, № 8): градация тонов как арпеджио, ритм больших цветовых пятен как мелодия, где тишина важнее ноты. Натюрморт подобен пьесе: вертикали стеблей и вазы – низкий регистр, блики стекла – высокие обертоны, воздух между – пауза, дающая глубину.
Для Елены Ненастиной искусство – это озарение, которое приходит через множество поисков и экспериментов. Многие, получив премии, регалии, мастерские, пришли в творческий ступор или скатились в самоповторы, потеряли умение мыслить образно, создавать пластические метафоры. Для Елены Ненастиной живопись – не рутина, а постоянное движение, которое можно сравнить с бегущей водой горной реки, где не бывает ила или зарослей камыша. Школа и личное творчество – это два направления деятельности, взаимно питающие друг друга: художник не только постоянно ставит перед собой новые творческие задачи, но и учится вместе со своими учениками, открывая новые пласты смыслов в привычных вещах.
Школа как пространство для диалога
Философ Павел Флоренский в цикле лекций 1920‑х годов «Анализ пространственности» (и времени) высказал мысль: «Вся культура может быть истолкована как деятельность по организации пространства. В одном случае это пространство наших жизненных отношений, и тогда соответствующая деятельность называется техникой. В других случаях это пространство есть пространство мыслимое, мысленная модель действительности», – и тогда оно называется наукой и философией. «Наконец, третий разряд случаев лежит между первыми двумя (…) Пространства его наглядны, как пространства техники, и не допускают жизненного вмешательства – как пространства науки и философии. Организация таких пространств называется искусством».
Художественная традиция, группировка, школа являются примером выстраивания «пространственности» в искусстве, пространства именно духовного, где формируется своя собственная система ценностей и происходит общение по вопросам творчества. Для большинства людей эта «игра в бисер» – ненужное и непонятное занятие. Но такие сообщества и есть двигатель искусства. Школа Елены Ненастиной занимается не только обучением рисунку, композиции и техническим приёмам, там происходит обмен опытом, диалог между разными поколениями, людьми с разным жизненным опытом, организуются выставки, пленэры. На онлайн-курсах можно встретить не только новичков, туда приходят даже выпускники ведущих академических учебных заведений – Строгановки, Суриковского института, чтобы научиться мыслить пластически. Нельзя сделать хорошую абстрактную или полуабстрактную работу без знания законов композиции, ритма, умения чередовать насыщенные участки и паузы – в лучшем случае получится одинаковое заполнение листа. Елена Ненастина сравнивает рисование картины с построением музыкального произведения. Подобно тому, как в музыке есть законы построения музыкального произведения, тональности, мажоры, миноры, нотная грамота, и художнику необходима минимальная академическая база, чтобы создавать интересные работы. Поэтому среди курсов школы есть курс академической подготовки, после которой ученик может выбрать следующую ступень.
Творческое развитие учеников
Елена Ненастина на основе своей обширной преподавательской практики, начавшейся ещё в годы обучения в институте, поняла, что не бывает людей неспособных к живописи в принципе. Чаще люди сами себя убеждают в отсутствии таланта. Её метод направлен на развитие в учениках их скрытых задатков. При этом школа не плодит эпигонов одного художника. Все выпускники ведут свою работу по-разному: Елена Сумарокова использует приём построения пространства при помощи активного взаимодействия цветовых пятен, создавая пейзажи-миражи, где все объекты кажутся то очень близкими, то безумно далёкими. Екатерина Абросимова, юрист по образованию, активно работает с фактурами, превращая пейзажный мотив в эксперимент, где ведётся работа с ритмами цветовых плоскостей. Лариса Стехина окончила художественное училище в городе Луганск в 1986 году, преподавала в ВУЗах. Её работы наполняют лучи солнца, которые проходят сквозь предметы, создавая образ пространства, наполненного светом. Художник-иллюстратор Елена Аликина, выпускница Пермского педагогического колледжа, в прошлом преподаватель, изображает светлые, воздушные, лёгкие натюрморты. Дизайнер Кристина Шестакова, изображая библейские сюжеты, выстраивает глубокое драматическое пространство, напоминающее о работах караваджистов. Но все эти работы отличает особое пространство, где все объекты находятся в активном взаимодействии с фоном.
Метод Ненастиной плодотворно сказывается на творческом развитии людей с художественным образованием, но и также подходит и для учеников без академической подготовки. Её школа – это уникальное место, где люди обучаются последовательному выполнению задачи, диалогу с натурой и с плоскостью бумаги, разрабатывая выбранную ими тему и двигаясь от набросков к готовым работам и сериям. Работы, выполненные в рамках курсов, затем экспонируются на выставках музейного уровня.
Школа Елены Ненастиной не ставит барьеров между освоением академической базы и «своим творчеством». Такая граница формирует в человеке страх, что он недостаточно талантлив, чтобы импровизировать, экспериментировать, выражать своё видение, из-за чего многие выпускники, потратив пять-шесть лет на обучение академическому рисованию и живописи, вовсе перестают творить, оказываются абсолютно беспомощными как художники, им просто нечего сказать в своих работах. Школа Ненастиной больше напоминает посещение мастерской художника, где совместно с мастером ведётся работа над одной пластической темой, с применением разных техник (масляная пастель, акрил на глянцевой бумаге, монотипия) и приёмов (штриховка, процарапывание, почти акварельные растёски краски). Это не просто образовательная программа, а экспериментальная площадка, арт-лаборатория для обмена опытом и взаимного обогащения. Елена выставляется вместе со своими учениками, в своём собственном творчестве занимается решением пространственных задач, поисками цвета и формы. Первым проектом, где были представлены работы школы, стала выставка «Диалог с пространством» (26–31 марта 2023 года) в выставочном зале МСХ в Старосадском переулке. Эта традиция была продолжена в серии ежегодных выставок 2023–2025 годов.
Актуальность метода Елены Ненастиной
Феномен Елены Ненастиной и её школы – уникальный пример не просто сохранения, но и успешного развития художественной традиции в отечественном искусстве. На основе теории «активного пространства» В.А. Фаворского Елена Ненастина сформировала свой творческий почерк и создала авторскую методику обучения живописи, которая учит не копированию видимой реальности, а созданию пластической метафоры, воплощению своих чувственных переживаний в красках. Метод Ненастиной учит мыслить образами, самостоятельно выстраивать композиционное и цветовое решение работы, рассуждать, что получилось удачно, а что – нет. Это кардинально отличается от копирования приёмов других художников под диктовку преподавателя во многих отечественных учебных заведениях. Школа Ненастиной – это арт-лаборатория, где происходит непрерывный диалог поколений, эксперименты с техникой и поиск новых пластических решений. Это та самая «организация пространственности», о которой говорил Павел Флоренский, – пространства мыслимого и наглядного, где царят не заученные приёмы, а вечный поиск гармонии. Творческое долголетие самого мастера и успехи её учеников доказывают, что традиция способна развиваться в современном мире, меняясь и создавая всё новые и новые вариации, а не превращаясь в самоповторы и не выхолащиваясь, а, напротив, обогащаясь всё новыми формами и образами.
Источник: НИР №3, 2026
Мария СИВКОВА, искусствовед