• +7 (495) 911-01-26
  • Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.
Суть нашего времени

Суть нашего времени

Сергей КУРГИНЯН известен в нашей стране и за её пределами не только как яркий политолог, общественный деятель, лидер движения «Суть времени» и телеведущий,

но и как серьёзный исследователь происходящих в мире и нашей стране событий. В беседе с нашим журналом он говорит о глубинной сути происходящих сегодня процессов.

 

– Сергей Ервандович, скажите, пожалуйста, как бы Вы в целом охарактеризовали смысл происходящих в мире глобальных процессов, суть нашего времени? Это кризис, переход в новое состояние, война за ресурсы, деградация?

– Происходит и война за ресурсы, и деградация, и Бог знает что ещё. Всё происходит одновременно, поэтому вопрос заключается в том, что доминирует и в каком смысле. Мы видим процессы, которые вызывают некое изумление. Лет 60 назад в Америке – стране благополучной, которая не проиграла никакую войну и где не было никаких катаклизмов, – гомосексуализм преследовался по законам любого штата, вплоть до тюрьмы, в Великобритании предлагали на выбор – в тюрьму или лечение электрошоком. Я совершенно не призываю продолжать это делать, я спрашиваю: что произошло за эти годы с Западом, где за короткий период эта парадигма сменилась на диаметрально противоположную? Когда требуют вставать на колени перед теми, кого репрессировали, а теперь они репрессируют де-факто… Это не может быть естественным процессом. Естественные процессы идут дольше и развёртываются в других исторических масштабах. И не первый раз в истории человечества – были Содом и Гоморра, были все эти античные перверсии. Я не хочу это ни демонизировать, ни наоборот. Я вижу это объективно, как есть. Но всё это происходило иначе, а сейчас мы ощущаем, что разворачивается в гораздо более короткие сроки какой-то искусственный процесс под нажимом.

Когда начал рушиться Советский Союз, я сказал (и почему-то это было услышано в том числе и в Ватикане), что следом за декоммунизацией будет идти дехристианизация. Тогда о «цивилизации смерти» высказывался папа Иоанн Павел II, а гораздо позднее папа Бенедикт говорил о «культуре смерти», приход которой нельзя допускать. Но она же идёт, мы видим эту дехристианизацию! Во всех её вариантах: с одной стороны, превращение в псевдогуманистический суррогат всего того, что было сказано и в Ветхом Завете, и в Евангелиях, с другой стороны – религия просто теряет свой авторитет, и на фоне этого происходят другие процессы.

Некто говорит о том, что у нас конец истории. Это же не просто мнение Фукуямы, это крупная развёртка. Так что, иудеи согласны на то, что история кончится, а Мессия не придёт? Ну, всё – история кончилась, Мессии нет! Этот концепт уже атакует все конфессии.

– В США, наверное, многое зависит от глубинных взаимоотношений между белыми и афроамериканцами.

– Была такая писательница Гарриет Бичер-Стоу. Её «Хижину дяди Тома» все читали и заливались слезами по несчастному представителю чёрной расы дяде Тому, которого бьют белые плантаторы. Но мы же знаем, что всё было не только так. Да, плантаторы были жестокими, но чернокожее население не только подвергалось эксплуатации и мучилось. У него была своя религия, своя система координат, в которых оно развёртывалось. И все эти белые плантаторы знали, что в болотах Миссисипи их чёрные рабы справляют культ вуду. А всё это двигалось из Дагомеи на территорию сначала островов Гаити и далее, а потом уже в южные штаты США. Теперь мы наблюдаем, что в каких-нибудь городах типа Лос-Анджелеса то же вуду – уже доминирующий культ для менеджмента ниже среднего, белого в том числе. С юга США это движется на север, а что будет дальше в этой кросс-культурной и кросс-религиозной ситуации? Она же не будет постоянной…

Иначе говоря – не будем вмешиваться в их дела! – имеют право чёрные на жизнь (теперь – Black Lives Matter)? Конечно, имеют! Были какие-то там злоупотребления в отношении чернокожих? Были. Но сами они, когда наконец начинают диктовать свою волю, в каком ключе будут развиваться? Только ли в ключе евангелизма, в ключе We Shall Overcome (то есть всех тех вещей, которые были в эпоху Мартина Лютера Кинга), или они будут развиваться иначе?

Но мы же видим, что они развиваются иначе. Рост чернокожего населения идёт быстрее, да? Африка тоже теряет уже качество «континента самоликвидации», она тоже поднимается. Что будет происходить завтра с этими процессами? И почему получил распространение какой-то один шаманский культ, который с Дагомеи (сейчас это государства Бенин и Того) переехал на Гаити, а с Гаити на плантации? Культов много было, почему Центральное разведуправление взялось именно за этот культ? Почему возможности скромного шаманского архаического начинания оказались переплетены с возможностями самого мощного ведомства в мире, ЦРУ, которое стало раскручивать культ «зомби» и «вуду»? (Речь идёт в том числе и об исследованиях, об опытах на людях, практике введения в транс и перепрограммировании сознания человека. – Ред.).

И, наконец, неужели мы считаем, что это всё развивается только в среде почувствовавших свою эмансипацию лиц чёрной расы или каких-нибудь маломощных представителей так называемого офисного планктона? Эти процессы же вовсю развиваются и среди элиты.

– Крах проекта «Человек»?

– Естественным путём, как только происходит уничтожение чего-то (сейчас посмотрим, чего по факту), место, которое это что-то занимало, оказывается свободно, и на него кто-то начинает осуществлять экспансию. Иначе не бывает. Это закон сообщающихся сосудов, это объективность.

Это же произошло и как только обрушили коммунизм, с его гуманистическими намерениями, размышлениями о новом человеке… Моя мать была известным советским литературоведом и участвовала в написании монографии «Литература и новый человек». Как только тема нового человека оказалась уничтожена, это повлекло за собой соответствующий крах гораздо более мощной гуманистической конструкции, а значит, и дегуманизацию.

А откуда и докуда она будет идти? Теперь, с одной стороны, идёт дегуманизация, а с другой – сам Запад заявляет на философском уровне о крахе гуманизма, крахе проекта «Человек». Якобы — это такой проект, который можно разрушить. А также о конце истории. Но дальше начинаются хорошо мне знакомые разговоры о том, что Homo sapiens – тупиковая раса, что это сухая ветвь на древе эволюции.

Мне об этом говорили академики, имеющие вполне серьёзный статус в нашей стране – и при советской власти, и сейчас. Тогда от дегуманизации, снятия проекта «Человек» один шаг до вопроса о том, что такое сам вид Homo sapiens. Если это не венец Творения или не восходящий человек, который спасёт космос, то зачем он нужен?

Одновременно с этим идёт развитие технологий. Оставим даже в стороне искусственный интеллект, хотя, собственно, почему его надо оставлять в стороне? Постоянно говорят о том, что всё необходимое для человечества могут производить 300–400 миллионов людей, ну 500… Возникает вопрос: если цель – исключительно материальное благополучие и насыщение так называемого рынка, то зачем столько людей? А если эти восемь миллиардов не нужны, то, что с ними делать?

Ну хорошо, эти все процессы запущены, они носят массовый хаотический характер, но кто-то же этим хаосом хочет управлять. Конечно, прежде всего он идёт сам по себе. Это же новая ситуация (с глобальными интернет сетями), когда миллиарды людей высказываются по горизонтали, по принципу «я так считаю». Это абсолютно новая реальность, и ею управлять очень трудно. И неизвестно, кто будет управлять: она людьми и этой элитой или элита ею – как они там сочтутся.

Но есть же и другие процессы. Вот я беру номер своей газеты и вдруг вижу, что там просто целый выпуск посвящён этому знаменитому, обнимаемому на Западе украинскому «Азову»[1], который круто развернулся к Чёрному солнцу. Вопрос: сколько людей сейчас в нашей стране и в мире понимают значение этого символа?

Чёрное солнце — это очень старый гностический символ, который говорит о том, что именно находится за бытием и в этом смысле противостоит бытию – как мы это ни назовём – «и тьма над Бездной», Абсолют или как угодно…

– Как бы Чёрный абсолют…

– Да-да, это гностические традиции. И, помимо всего прочего, именно этот знак изображён на полу в Вевельсбурге, где эсэсовцы проводили свои обряды посвящения в Чёрный орден СС. Это его главный символ. И это круче, чем свастика Гитлера. Ибо свастика Гитлера всё ещё предполагала, например, что есть арийская раса, нордическая, есть немецкий народ, в конце концов – Бог, Gott mit uns и так далее. Но всё остальное было под секретом – оккультные упражнения, Туле и прочее… А в СС Гиммлера уже прямо говорили о том, что их главный знак – Чёрное солнце. Там были далеко идущие идеи, связанные с Чёрным солнцем, которое подпитывает своими лучами расу господ. Теперь это Чёрное солнце называют Звездой хаоса.

Значит, есть желание управлять хаосом, есть и институт Хаоса в Санта-Фе. Не хочу преувеличивать значение подобных институтов, тем не менее профессор Стивен Манн был и советником госдепартамента, и советником главы американского государства. Это – сильный человек, плотно связанный с политикой. Вокруг него крутится немало достаточно высокообразованных людей. Мне просто хотелось бы, чтобы ещё в сотне мест здесь, в России, так же всё крутилось и обеспечивалось, как Институт Санта-Фе, но под другие задачи. Институты создают модели, а есть силы, которые пытаются эти модели осуществить.

Но если США по причине усталости и изменения ситуации в мире не могут создать новый мировой порядок (New World Order), то они будут создавать новый мировой беспорядок, они это уже так и называют, New World Disorder. Новый мировой беспорядок – это новый хаос, управление хаотизацией мира.

Однако если целью становится хаос, то у него тоже возникают свои боги. И вот мы видим «Звезду хаоса», а рядом – достаточно тёмные культы… Но это же начинает захватывать совсем другие массивы людей и сочетается с гигантским кризисом основных конфессий. Испания – самая традиционная католическая страна, и в ней рядом с фонтаном Кибелы (языческой богини фригийского происхождения) современные ведьмы пляшут и орут, что отомстят за прежние надругательства. Может, их кто-нибудь при инквизиции и обвинял ложным образом, но ведь и настоящие ведьмы тоже были. И Брокен (гора в Германии, которую легенды связывали с разгулом нечистой силы) не выдуман Гёте – это реальные шабаши. Так теперь, значит, это всё восстанавливается?..

Так докуда дойдёт этот конкретный процесс, который потребует своей метафизики, своей культуры, своей, скажем так, «духовности», своей экономики, своего человека, своей социальной стратификации? Вот Отто Кернберг – он сейчас на Западе считается психологом номер один, абсолютно респектабельный, у него дикое количество учеников, свои издания – говорит про «диффузную идентичность»[2]. Это, конечно, мило, эта диффузная идентичность. Только что это такое, идентичность ли это?..

Так вот, у этого процесса, значит, и свой человек, и свои педагогические технологии, и свои психотехнологии, и psycho-controlled society – психологически управляемое общество, психоконтроль и всё остальное. И соединение этого цифрового и всяческого тоталитаризма с как бы продолжением болтовни о свободе. И разрушение каких-то периферийных режимов, которые всё-таки хоть как-то что-то развивали (тот же Мубарак, например) и были очень дружественны к Америке, – а американцы их уничтожили. И эта система хаоса, которая нужна, и эти экспансии каких-то других групп – как перверсивных, так и угнетаемых в прошлом по расовому принципу… Они же приходят не только для справедливости, они приходят за доминированием. Маятник идёт обратно.

Всё, что я говорю, в большей или меньшей степени укоренено в реальности. Но если это укоренено в реальности, значит, процесс-то идёт в направлении хаоса и деградации. А если он идёт туда, то он начинает носить, как сказали бы представители соответствующих структур, контринициатический 3 характер. А если он носит контринициатический характер, то докуда он дойдёт?

– Огромную роль в деградации человека, молодёжи играют современные средства коммуникации, и конкретно гаджеты, которые для части верующих – носители сатанизма.

– В плане воспитания детей и влияния на их сознание всё было не так опасно до смартфонов. А потом смартфоны уравняли в разврате всё: глубокую провинцию и Москву. Нельзя больше идеализировать провинцию. Она начинает уравниваться с большими городами по этим показателям.

Если это начинает пронизывать всё общество, то что будет со следующим поколением, с каждым новым шагом по этой лестнице вниз? Если это действительно движение вниз, нисхождение, контринициация[3], то что мы услышим завтра? «Кто такой Пушкин?» Но в этом обществе надо будет жить. Как оно будет сочетать в себе какую-то разумную и мною всячески поддерживаемую конфронтационность по отношению к Западу с таким внутренним трендом?

Соответственно, внутри происходящего видятся контуры каких-то процессов. Можно смутно, на феноменологическом, а не теоретическом уровне, как говорил немецкий философ Эдмунд Гуссерль, видеть суть процессов, которые отдают, так сказать, концом времён. Теперь уже про Апокалипсис говорят наши высокие должностные лица.

Дмитрий Анатольевич Медведев перечисляет всадников Апокалипсиса. О сатанизме говорил президент. Это действительно означает приход сил зла, их вторжение? Процессы, которые происходят на планете и в нашей стране, носят нисходящий характер, или нам это кажется? На мой взгляд, не кажется. И что же дальше?..

– Самое важное – понять глубину инфернального, как его приход влияет на историю…

– Если всё это есть, и уже говорится о каких-то метафизических слагаемых происходящего, и тьма сгущается, то имею я право поразмышлять на эту тему уже с предельных метафизических позиций? И тогда я начинаю говорить о том, что в жизни того же самого Рима были странные события. Он связывал себя с Троей, Троя связывала себя с Критом, Крит себя связывал с дельтой Египта. А дельта Египта – это не только место Сета… Куда уходит эта глубина, мы не понимаем, но знаем, что представители рода Клавдиев привезли в Рим некий священный камень, возле которого нужно было молиться Кибеле, существовали даже специальные жрецы. От этих Клавдиев уже произошли и Нерон, и все остальные… То есть это долгая история.

Конечно, происходит серьёзнейший сдвиг к матриархату. Повсеместно идёт речь о том, что матриархат якобы не репрессивен. И ведьмы нынешние с их почитателями говорят о том же, и во многих античных культах и мистериях всё время существует то Матушка-смерть, то ещё какое-нибудь странное для христиан божество, всякие Чёрные Мадонны… Я не буду даже рассуждать, откуда они взяты, есть десять вариантов – что ни культуролог, то разная позиция, но все эти древние культы и божества всё время клубятся и воспроизводятся в современности. Папа Римский с некими тибетцами вместе справляет ритуал, молится на какое-то божество.

Интересно, на какое? Возникает сильное ощущение, что регресс, запущенный с какими-то неясными целями, нарастает и, нарастая, совершает обратное движение по лестнице истории. Он ведёт куда-то в начало, в тёмные глубины, которые всегда, наверное, оставались в некоем андеграунде. Не все же сразу уходили из язычества – существовали и какие-нибудь синкретические верования…

Дальше самое серьёзное – это вопрос об истории, об историческом человечестве, надеющемся на какой-то высший исход, двигающемся по оси времени, чтобы осмысленно идти в будущее, где может гореть звезда неведомого счастья. Приход Мессии, второе пришествие Христа… Историческое человечество, которое молится на это время, историю движения, не так велико. Крупные азиатские культуры, как вам известно лучше, чем мне, говорят о цикличности. Сатья-Юга, Кали-Юга, между ними Трета-юга и Двапара-юга, Пралая, Махапралая и так далее.

Такие культуры в этом смысле внутренне цикличны. Ну, так что осталось от истории? Если Запад от неё отрёкся и прямо об этом говорит, то, в сущности, в пределах истории и исторических задач осталась Россия, которая всегда держалась особняком: не приняла то, западное христианство, одновременно приняла восточное. Она от историчности не отказалась, но всегда её трактовала как-то иначе.

Ну так вот, осталось добить её. А потом можно поставить крест на всей истории. С далеко идущими перспективами. Будут ли эти циклические по метафизике цивилизации Востока развиваться ещё каким-то путём заимствования у Запада – просто технологии будут развивать, а дух будет циклический, или они остановятся на этих технологиях, это вопрос отдельный. Но настоящее-то восходящее движение уже скукожилось почти до ничего. Плох был христианский Запад или хорош, но он был – куда-то двигался, прорывался, страдал, пытался подняться на новую ступень и так далее. Теперь всего этого нет! Этот мир, он странный. Он напоминает что-то из научной фантастики, и тогда у меня возникает последний вопрос: а что это за фантастика?

– Научная фантастика влияет на исторические процессы?

– Мы же любим исследовать какие-то процессы в Соединённых Штатах и говорить, что, дескать, ЦРУ и прочие писали аналитические бумаги, а по ним всякие научные фантасты или создатели детективов писали романы и повести с тем, чтобы добиваться определённого результата, что такое чтиво имеет свой аналитический бэкграунд.

А у нас нет? У нас же то же самое было. Мы прекрасно понимаем, что наши выдающиеся научные фантасты (которых я с трудом читал в советскую эпоху по причине моей приверженности Томасу Манну, Фолкнеру или Достоевскому с Гоголем) тоже что-то описывали, какую-то футурологию. Так это что всё? «Пикник на обочине», «Улитка на склоне», «Град обречённый», «Зона Ч» – это смелые техно-футурологические построения, техно-антиутопии? Говорят, про три «П» – постмодерн, постистория и постиндустриализм. Но когда их три, то сама история становится постмодерном. Она начинает повторять себя во всех видах. Как-то примерно так я это ощущаю.

– Скажите, пожалуйста, что Вы думаете о взаимоотношениях науки и религии?

– Самое сильное, что есть в науке, – это учёные, считающие, что пока наука не соединится с культурой, ничего не будет. Когда австрийский и британский философ науки и социолог Карл Поппер в негативном ключе говорит что-нибудь про ценности у Маркса, называет его «ложным пророком», это полный бред, поскольку самое лучшее, что Маркс сделал, – это как раз ввёл ценности в науку. Если их не ввести, наука сама уничтожит человечество. Но не в этом дело.

Дело заключается в том, что ты должен быть при фактах. В науке факт выше мировоззрения. Вот ты получил новые факты в ходе эксперимента (математика – не наука), ты должен так расширить своё понимание реальности, чтобы туда вошли эти эксперименты. А ведь как говорят: «Если наука, то к чёрту там религия…». В связи с этим я спрашиваю, а антивещество – это научная категория? Где оно сосредоточено? Как Эйнштейн трактует расширение пространства Вселенной? Он может это сделать без лямбда-члена, без каких-нибудь там введений тёмной материи, тёмной энергии? А что это? А что есть нейтрино? А неокончательная симметрия мира и антимира? Все эти барионы?

В конце концов, теория струн – это наука или уже искусство? Все эти двенадцатимерные модели и прочее… Так что наука на сегодня настолько сложна во всём, что собой являет, что говорить, будто она не метафизична, очень странно. Она внутри себя содержит столько метафизики и уже столько таинства, что просто представлять её как какое-то стерильное существо, чуждое метафизики, религии и т. д., очень странно. Это же не так. Тем более что ни один из крупных деятелей науки таким не был. Это лишь одна сторона.

С другой стороны, религия чурается метафизического опыта, в том числе и научного, и какого угодно, а она же тоже должна быть чему-то открыта. Уже после разрушения Второго Иерусалимского храма и римской оккупации раввины решили, что они должны запретить пророчества. Потому что как ни придёт пророк – сразу поднимает массы, те устраивают революцию, а римляне их режут. И вот явно было сказано, что никаких священников, коганим, не должно быть, пока не построят храм, а будут раввины. Они филологи, они трактуют тексты.

Ну и охладили всё, и возникли ешивы, где только изучались священные тексты и комментарии. Но сразу родилась каббала, потому что религия не может существовать без мистического опыта, потом хасидизм, он начал прорываться сквозь догматизацию религии. Ведь если нет литургии – нет религии.

А с другой стороны, формируется клир, который хочет, чтобы сакральных культов и литургий было поменьше. Но он же погубит религию. Тогда молодёжь будет отдана на откуп самому тёмному метафизическому опыту, потому что ищущая молодёжь хочет же куда-то прорваться. Поэтому мне кажется, что ошибок несколько.

Религия должна быть открытой метафизическому опыту. Метафизический опыт не должен чураться науки. Наука не должна чураться метафизики. И тогда, может быть, мы придём к новому синтезу. И на его пути что-нибудь всерьёз поймём и построим.

– Сергей Ервандович, огромное спасибо за беседу.

Беседовал Сергей КЛЮЧНИКОВ

На фото: Магазин вуду в Новом Орлеане. Фото drufisher; Демонстрация феминисток в Испании. Фото AraInfo

Источник: "НиР" № 6, 2023

[1] Запрещённая на территории Российской Федерации организация.

[2] Диффузная идентичность – недостаток интеграции идентичности, проявляющийся в том, что у человека есть ощутимые противоречия в восприятии самого себя; переживается как недостаток аутентичности, цельности истории собственной жизни, недостаточная упорядоченность и связность внутреннего мира.

[3] Контринициация – термин, введённый французским философом Р. Геноном, означающий антипод инициации и ритуальный процесс введения человека в контакт с миром «сил зла».

 


© 2024 Наука и религия | Создание сайта – UPix