Священные книги зороастрийцев известны с конца XVIII века. Тогда, стремясь узнать новую для европейцев культуру, француз Абрахам Гиацинт Анкетиль дю Пейрон
(1731–1805) отправился в Иран… простым солдатом. Оставался он им недолго – и Французская ост-индская компания, и лично король дали начинающему учёному стипендии.
Абрахам Гиацинт пережил множество невероятных приключений – и тигры его ели, и дикие племена стреляли из луков, но к 1771 году дю Пейрон перевёл на французский язык «Зенд-Авесту». Со смутными чувствами читали её священники и христианские учёные… Не удивительно!
Что же такое «Авеста»?
Авеста состоит из нескольких частей. Самая древняя из них называется Ясна и содержит самые древние гимны – Гаты. Считается, что Гаты придумал сам пророк Заратуштра, и что их передавали устно много веков. Долгое время, уже владея письменностью, персы не хотели записывать Гаты, чтобы никто не мог исказить их смысл.
Висперед – 24 главы, специальное дополнение к Ясне, новые формулы молитв.
Видевдат – «Закон против дэвов» – 22 главы, содержащие описания очистительных, исцеляющих и похоронных обрядов, и также мифы о сотворении мира.
Яшт – 22 главы гимнов отдельным божествам, а также царю Виштаспе, который первым признал зороастризм государственной религией.
Афринаган – книга праздничных ритуалов.
Хордэ Авеста (Младшая Авеста) – молитвенник, содержащий все необходимые на каждый день молитвы, выбранные из всей Авесты. Эту книгу составил Адурбад Мараспенда в IV веке до Р.Х.
Из «Авесты» видно, как древнее язычество сменялось совсем другой религией. Начал распространять её пророк Заратуштра. Греки произносили его имя как «Зороастр».
Кто такой Заратуштра?
Уже греки путались в сроках его жизни. Гермодор в книге «О науках» пишет, что Заратуштра жил за 500 лет до Троянской войны, то есть около 1700 года до Р.Х. А Ксанф Лидийский считает, что жил он за 600 лет до битвы при Саламине, произошедшей в 480 году до Р.Х. во время греко-персидских войн.
В IX веке сами зороастрийцы в книге «Бундахишн» называли очень точный срок его жизни: 630–558 годы до Р.Х. Современные огнепоклонники считают, что Заратуштра жил 8 или 9 тысяч лет назад.
Большинство современных исследователей полагают, что самое вероятное время жизни Заратуштры – примерно 1200 лет до Р.Х.
Видимо, Спитама Заратуштра происходил из сословия священников (почти брахман). В Гатах он называет себя заотар, то есть служитель богов, и мантран – то есть тот, кто читает молитвы-мантры. Младенцем Заратуштру не раз пытались погубить – жрецы получали откровения, что этот мальчик когда-нибудь разрушит старую религию. Истории о том, как Заратуштра всякий раз спасался, очень напоминают истории и про Кришну, и про Геракла.
Став взрослым, Заратуштра отправился странствовать. Мы почти не знаем ничего достоверного о жизни Христа между детством и временем, когда он вернулся из странствий. Точно так же мы ничего не знаем о том, где был Заратуштра между 20 и 30 годами. «Известно», что он переходил по водам реки, как по сухому, и что его не трогали дикие звери.
Когда ему было 30 лет, Заратуштре явились некие существа в сверкающих одеждах. Одни говорят, что главным из них был благой бог Ахура Мазда. Другие – что это были его посланцы, а не он сам.
Сверкающие существа поставили Заратуштру на высокую гору, и он увидел весь мир. Существа открыли Заратуштре истину: не надо поклоняться бесчисленным богам. На самом деле существуют только два бога: хороший Ахура Мазда – и Ахри Манью, бог тьмы, пустыни и гибели.
Ахура Мазда сотворил мир и людей, он дал людям всё необходимое для счастливой и праведной жизни. Этот мир окружён тьмой, в которой притаился хитрый и злой Ахри Манью.
Обоим богам нужны люди. Исход неизбежной битвы между ними зависит от выбора людей. Кого поддержат люди, тот и победит в этой борьбе.
Каждый из них посылает своего посланца– багу (от слова «бага» и происходит русское слово «бог»). Посланец Ахура Мазды пронизан светом и сидит на правом плече. Чёрный, поглощающий свет посланец Ахри Манью сидит на левом. Каждый ангел-посланец склоняет человека в сторону своего божества. Поэтому надо время от времени плевать через левое плечо, на посланца злого Ахри Манью.
Помимо Ахура Мазды почитается множество богов, хотя они и считаются только его помощниками. Что-то вроде ангелов и архангелов.
После смерти человека духи уносят его душу к мосту Чинват. Божество Рашну (Справедливость) взвешивает её на весах. Если ты был праведен – мост Чинват становится широким, как дорога, тогда праведник идёт на Небеса, в Бесконечный Свет.
Для грешника мост становится острым, как нож, и тот срывается в мрачную пропасть, во тьму, где правит Ахри Манью. Там он будет питаться скорпионами, змеями и всякой гнилью, пока Ахура Мазда не победит и не наступит Воскресенье.
После победы Ахура Мазды на землю придёт Спаситель и возвестит о победе добра. Все– и праведники, и даже грешники, отбывшие наказание в мрачной пропасти, – получат новые тела, ведь все люди по природе своей добры. Это злой Ахри Манью попутал слабых и чересчур доверчивых.
Получив эту весть, Заратуштра сделался пророком в том же смысле, в котором становились пророками иудеи, которым Бог велел нести свет истины людям. Заратуштра скитался из одной области Ирана в другую, всё проповедовал, пока не попал в область, где правил царь Виштаспа.
Царь склонялся к тому, чтобы принять новую веру. И тут Заратуштру оговорили: в его доме «нашли» расчленённый трупик ребенка: якобы Зороастр гадал по внутренностям похищенных им детей. Царь не мог поверить в обвинение, но останки ведь нашли, обыскивая дом…
Заратуштра в тюрьме. Царь не хочет его казнить, но смерти пророка требуют влиятельные люди, жрецы старой веры. И тут заболел любимый конь Виштаспы! Парализованное животное не могло двинуть ни одной из своих ног. А в остальном конь был совершенно здоров. Никакие обряды, никакие молитвы и ритуалы не могли помочь коню.
– А ты поможешь? – спросил царь и Заратуштру.
– Помогу не я, а благой бог Ахура Мазда…– ответил пророк и попросил привести его в стойло, где лежал конь.
– Царь… Ты должен уверовать в Ахура Мазду и сделать его своим единственным богом.
– Согласен, – ответил царь, и конь тут же двинул правой передней ногой.
– Ты должен поддерживать священный огонь и поклоняться солнцу.
– Согласен.
И конь задвигал второй передней ногой, начал вставать передней частью тела.
– Царь, если ты хочешь, чтобы конь выздоровел до конца, ты должен отказаться от поклонения дэвам и от принесения жертв Ахри Манью.
– Я согласен.
Конь встал на три ноги, только четвёртая ещё бессильно висела. Царь вопросительно смотрел на пророка.
– А ещё, – сказал Заратуштра, – Ты должен казнить или изгнать из своей страны всех жрецов, которые оклеветали и чуть не убили меня.
Царь заколебался, склонил голову… Доброму Виштаспе не хотелось казнить даже явных преступников. Наступило молчание. И вдруг конь радостно заржал, опёрся на все четыре ноги и потянулся к хозяину.
– Вот видишь, царь, – сказал Заратуштра, – ты уже сделал свой выбор!
Жрецов язычества изгнали, зороастризм воцарился в царстве Виштаспы, а потом победил и во всей Персии. Зороастр прожил долгую жизнь. Он был трижды женат, имел трёх сыновей и трёх дочерей. Жрецы-язычники всё же убили Зороастра, когда ему было семьдесят семь лет и сорок дней.
Но новая вера утвердилась. Зороастризм стал государственной религией в Персии и Ахеменидов, и Сасанидов. Александр Македонский сжигал храмы, в которых поклонялись огню, убивал жрецов‑магов и уничтожал священные книги. В эту эпоху многие тексты оказались потеряны. Уже после Александра Македонского текст Авесты был полностью записан.
Самого же Александра персы изображали с двумя рогами, как беса, соратника Ахри Манью. Мусульмане называют его Искандером Двурогим, но уже не помнят, с чего это вдруг у него выросли рога.
Зороастризм и христианство
Мог ли зороастризм сделаться мировой религией? Он ведь возник до христианства. Никому не было запрещено принимать эту религию, временами её активно проповедовали. Но в Персии к VII веку треть населения исповедовала христианство, а влияние зороастризма в Римской империи намного слабее. При том, что зороастризм был хорошо известен в Римской империи, а митраизм прямо вышел из него. Почему?
Ведь Зороастр лично общался с Богом и проповедовал от его имени, стал его пророком – за несколько веков до Моисея. Зороастризм – первая религия, объявившая, что Бог – один, что Он сотворил небо и землю.
Зороастризм первым увидел мир как арену борьбы добра со злом и сделал каждого человека участником этой борьбы. От выбора и от действий каждого человека на земле, по вере зороастрийцев, зависит не только личная судьба человека, но и конечная победа добра над злом.
«Тьма внешняя», о которой говорит Христос, в которую «ввергают неправедных», напоминает не аид греков, а тьму, в которой царит Ахри Манью. Впрочем, аналогий гораздо больше, читатель может поискать их сам, если хочет.
Зороастризм впервые заговорил о сотворении мира и Конце Света, страшном суде и конце истории, учил о воскресении мёртвых и посмертном воздаянии.
Зороастризм первым провозгласил приход Спасителя – Саошьянта.
Правда, это не Зороастр. Саошьянт родится чудесным образом: из семени пророка, сохраняющемся в озере Хамун. Девственница искупается в озере и беспорочно понесёт. В других версиях Спасителей целых три, но все рождаются от девственниц. Победит мировое зло последний из них. У него будет оружие, которым легендарный царь Траэтаона победил страшного дракона.
Саошьянты будут сменять друг друга, изгоняя мировое зло. Они победят Ахримана, истребят носителей зла, а последней искупительной жертвой станет бык Хатайоша. Из его жира Саошьянт изготовит напиток бессмертия и даст его отведать всем людям.
Все люди – праведники и грешники – восстанут для Последнего суда. Они пройдут через поток расплавленного металла, в котором сгорят остатки зла и несовершенства. Праведным этот металл будет как парное молоко, грешники сгорят в нём дотла. После этого наступит Золотой век, мир вернётся к своему изначальному совершенству.
Всё почти как в христианстве… Но, во‑первых, значительно сложнее. Во‑вторых, эта религия слишком тесно связана с традициями иранцев, с их обычаями и священными животными.
Христианство сильно тем, что оно – наднационально. Вырастая на земле огромной империи, между народами, оно не впитало в себя ни гаданий по полёту птиц или по внутренностям жертвенных животных, ни прорицаний Дельфийского оракула.
Христос не поражает дьявола мечом, которым Персей сразил морское чудовище, освобождая Андромаху. Или мечом Тезея, которым он убил Минотавра.
Мы знаем, что персы приносили животных в жертву богам и в некоторые дни резали сразу до тысячи быков: у ахейских греков это называлось гекатомба. Поклонение корове у иранцев не доходило до судорожных попыток сохранения жизни и здоровья коров любой ценой.
Священные кони, украшенные лентами и ткаными попонами, сопровождали персидских царей в походах, и их тоже порой приносили в жертву.
Зороастрийцем сложно стать тому, в чьей земле лошади и коровы не играют такой важной роли.
Очень сложны зороастрийские обряды поклонения огню, солнцу, корове. Их можно освоить, но зачем? Поклоняться тем же сущностям можно и намного проще.
Сложен и не особенно приятен погребальный ритуал. Мертвец не должен осквернить четыре стихии: ни воздух, ни воду, ни огонь, ни землю. Нельзя закопать труп в землю, оставить его на поверхности земли, нельзя пустить по воде или сжечь.
Зороастрийцы строили дахны, или Башни молчания. Громадные мрачные постройки без окон и бойниц. Только дверь внизу – и площадка на вершине башни. Пятеро самых лучших юношей становились служителями культа. Они жили в башне и никогда не показывались людям. Когда один из них умирал, выбирали другого.
Когда умер человек, три дня совершаются обряды, молятся Сраоше, который отведёт душу на суд. На третий день душа отлетела. Тело несут к Башне молчания. Там его оставляют у входа. Выходят одетые в белое служители, они поднимают носилки на вершину, раздевают покойного и оставляют. Слетаются грифы. Когда останутся одни кости, их сбрасывают внутрь Башни молчания. Если Башня заполняется, а кости ещё не истлели, башню надо замуровать и оставить.
Кроме сложности ритуалов, этот обряд, мягко говоря, не располагал к зороастризму. Подданные Персидской державы иногда становились зороастрийцами, но это не было массовым явлением.
Какова же основа?
Зороастризм прямо вырастает из иранского язычества. Высшее божество у них называлось Ахура – владыка. Мазда – означает «мудрый». Часть арийских племён почитала низших богов – дэвов, а другие отвергали их, как божеств тьмы.
Ещё в первые века по Рождеству Христову громадный ираноязычный мир простирался от Венгрии и Дуная до Северного Китая. Это не только скифы и их ближайшие родственники – сарматы.
Население андроновской и срубной культурной общности с начала ХХ века относят к индоиранцам. Высказывались мнения, что андроновцы могли быть финноугорского происхождения… Но, как на зло, у андроновцев на сосудах чаще, чем у других, изображены свастики и кресты, вписанные в круг. Вопрос в том, какое отношение имеет каждая из этих культурных общностей именно к индоариям и к иранским народам?
Существует мнение и о том, что андроновская культурная общность – это вообще тупиковая ветвь ариев, в том смысле, что именно «андроновцы» к заселению Ирана и Индии никакого отношения не имеют. Так полагает один из ведущих мировых специалистов по самодийским языкам, Евгений Арнольдович Хелимский (1950–2007). По его мнению, язык андроновцев почти ничем не отличался от индоарийского. Но ведь никто никогда из современных учёных не слышал речи андроновцев – все свои построения Е.А. Хелимский создаёт только на основе заимствований, сохранившихся в финно-угорских языках.
А заимствования эти сделаны в разное время и из разных языков. Есть свидетельства о контактах с прафинноугорским ещё праарийского языка – вероятнее всего, ещё в эпоху древнеямной культурной общности. Тесные контакты людей этих языковых групп, индоевропейской и финно-угорской, продолжились и позже. В западных финно-угорских языках есть заимствования, источником которых могли быть культуры срубно-андроновской общности – и не всегда известно, какая из них.
Из числа крупных современных исследователей Елена Ефимовна Кузьмина пришла к заключению: арии Индии – выходцы из «андроновской культурной общности». Вроде даже можно уточнить – скорее всего и в основном из алакульской и фёдоровской культур. Срубная культура для Е.Е. Кузьминой – это предки иранцев.
С Кузьминой категорически не согласен Лев Самойлович Клейн. Для него всё наоборот! Лев Самойлович полагает – это срубная культура дала ариев Индии, а андроновцы – явные иранцы.
Оба мэтра в доказательство своих построений приводят наблюдения тонкие и остроумные, восхищающие их наблюдательностью и силой ума.
В материалах срубной культуры часто встречаются сделанные из кости игральные кости. А в «Махабхарате» герои часто играют в кости! Это типичная и любимая ими игра индусских ариев. Весомый довод в пользу срубников как предков индусов.
– Нет! – возражает Клейну Кузьмина. – В погребениях срубной культуры погребённого иногда отделяют от земли насыпкой из гальки. Значит, у срубников уже формировалось отношение к покойнику, которое ярко проявилось в зороастризме. Значит, срубники и есть праиранцы, а андроновцы как раз праиндусы…
Может быть, правы оба мэтра? Может, и Иран и Индию завоёвывали разные племена срубников и андроновцев? И через Среднюю Азию, и через Малую Азию и Передний Восток?
Шли в новые земли, завоёвывали других, а параллельно воевали и смешивались между собой? Постепенно эти племена образовали совершенно разные народы, в которых течёт кровь и андроновцев, и срубников, и петровцев, и алакульцев, и живших в Средней Азии тазагабъябцев? Это более чем вероятно. Мир арийских культур бронзового века был неспокойным и подвижным. Племена постоянно передвигались, взаимодействовали, торговали и воевали. Известны смешанные срубно-андроновские памятники. Известно великое множество памятников, отражающих смешение срубников и андроновцев с окружающими их народами – в основном финно-угорского происхождения.
Срубно-андроновский мир стал первой в истории общностью скотоводческих культур Великой степи. Потомки срубников и андроновцев составили основу будущих народов Великой степи: скифов, сарматов, саков, массагетов и других. И основу будущих иранцев и индусов.
Важные особенности арийского язычества
В арийском язычестве была важная черта: поклонение абстрактным сущностям. Индусы верят, что карма – всеобщий космический закон, которому подчиняются все – и боги тоже. Высший бог Брахма так всеобщ, что его и не изобразишь (как иудейского Й`ахве), и храма ему не поставишь.
Мудрый Владыка Ахура-Мазда почти приблизился к образу Единого Бога, творца всего сущего. Он был связан с основными религиозными понятиями – божественной справедливостью и космическим порядком.
Вера иранцев в абстрактных невидимых богов удивляла греков, но римляне тоже готовы были ставить храмы Чести, Мужеству, Справедливости. Их культ единого для всех, уравнивающего людей Закона – тоже порождение такой веры в общие законы, правящие Мирозданием.
Представление об абстрактном, пронизывающем Вселенную божественном законе готовило почву и для введения безразличных к племенному строю мировых религий, и для принятия общих законов громадных империй, и подводило к пониманию Сверхличности, творца мира.
Политически некорректный вывод
Приходится сделать вывод: первыми пришли к единобожию всё-таки арии. Для начала их версия язычества создавала основу для объединения людей и принятия общей веры. Возможно, именно поэтому арии были такими хорошими строителями империй. Ведь Мардуку, Сехмет или Ваалу не могут поклоняться иноплеменники, но закон кармы действует на все живые существа, он един для людей всех народов, обоего пола и любого общественного положения.
Не меньшее значение сыграл индивидуализм ариев, их постоянная опора на выбор, личность и персональную ответственность. Мировые религии обращаются не к народу или к родовой группе, а к индивидуальному человеку.
«Вероятно, великий перс, первый пророк Осевого времени, провозвестник индивидуального человеческого выбора и личной ответственности, стал вместе с тем и первым мыслителем, “начертавшим” в своём воображении (и учении) восходящую линию развития к окончательной победе Бога над Дьяволом»[1].
Иранцы-арии первыми совершили этот прорыв. Но, что типично для ариев, не настаивали на своём приоритете, нисколько не волновались по его поводу. На своём приоритете очень настаивают иудаисты, но иудаизм-то, в отличие от зороастризма, – вовсе не мировая религия. К тому же «у иудеев такие образы то ли имели оригинальное происхождение, то ли были заимствованы у Заратуштры»[2]. В точности как шумеры то ли сами придумали колесо, то ли всё же заимствовали у создателей колеса, индоевропейских обитателей Балкан и Европы.
Жалеть ли о том, что зороастризм оказался первым, но тупиковым вариантом единобожия? Хорошо это или плохо, но было именно так.
Передовые люди бронзового века
Независимо от того, какие именно части степного мира начали завоевание Индии и Ирана, именно эта часть ариев создала по крайней мере три важнейшие новации, связанные с коневодством. А тем самым и давшие толчок всей мировой цивилизации.
Во‑первых, это само разведение коня как транспортного и упряжного животного.
Домашняя лошадь существует уже с V или даже с VI тысячелетий до Р.Х. Её появление тоже связано с ариями, но пока важнее иное: андроновцы первыми в истории вывели «высокопородных лошадей высотой в холке 152–160 см». «К этим андроновским лошадям восходит современная ахалтекинская порода, а в конечном счёте и все высокопородные лошади мира»[3].
Во‑вторых, андроновцы первыми оседлали лошадь. По крайней мере о более раннем появлении всадников ничего не известно. Лошадь разводят на мясо, возможно, впрягают в волокушу. Но впервые садятся верхом на коня именно в срубно-андроновском мире. Седла ещё нет. Удил и стремян тоже нет. Набрасывая на спину лошади шкуру или кусок ткани (что необходимо для защиты тела человека от разъедающего его конского пота), андроновцы садились на коня, управляя им с помощью недоуздка – то есть ременной узды без металлических или костяных удил.
Третье достижение – в срубно-андроновском мире появились первые колесницы с «настоящими» колёсами.
Собственно говоря, колесо само по себе тоже изобретение ариев, но более раннее. Колёса, сделанные из цельного распила дерева, известны с V тысячелетия до Р.Х.
Это изобретение быстро попадает на Передний Восток, и там тоже появляются повозки, которые тащат животные. Широко распространено утверждение, что колесницы были известны шумерам в III тысячелетии до Р.Х. Но это, строго говоря, не колесницы, а боевые повозки. У них было не два, а четыре колеса – это телеги. У этих телег колёса были сделаны из цельных распилов, вес каждого составлял несколько десятков килограммов.
К тому же шумеры не знали лошади. В свои боевые телеги они впрягали полуослов – куланов, которые намного мельче и слабее лошадей. Чудовищно тяжёлая повозка двигалась со скоростью быстро идущего человека, врезалась в плотную массу пехоты, не защищённой в те времена никакими доспехами.
Но, конечно же, это не колесница. Древнейшие из известных колесниц намного моложе – они обнаружены в районе села Черноречье Челябинской области. В погребениях могильника Кривое озеро (курган № 9) представителя андроновской знати положили на колесницу, у которой оба колеса были уже тележными: состояли из обода и спиц. Периодизация этой колесницы – XX–XIX века до Р.Х.
Спустя два столетия, в XVIII веке до Р.Х., арии, не без помощи колесниц, уже захватят Митанни и начнут завоёвывать другие государства Переднего Востока.
В это же время у срубников в Волго-Донском регионе найдены многочисленные погребения воинов‑колесничих[4].
Уже этих изобретений было бы достаточно для того, чтобы иметь абсолютное технологическое и военное преимущество перед теми, у кого не было верховых коней и колесниц.
Но у ариев были и другие преимущества, которые позволяли им не только побеждать и завоёвывать, но и закреплять победы, а потом эффективно осваивать захваченное.
Во всём этом громадном регионе, от Волги до Енисея, арийские срубно-андроновские народы были наиболее развитыми, культурными, активными. Они неизменно побеждали, а потом закрепляли победы именно потому, что их хозяйство было более современным, сложным, интенсивным, многоукладным. В одном и том же районе они могли прокормить больше людей, чем их соседи.
Вот колоссальный приоритет: с территории нашей страны заселялись Индия, Кавказ и Иран, двигались на Китай и Центральную Азию. Наши предки резко вырвались вперёд.
Неизбежные аналогии
Язычество персов было принципиально таким же, как и у индусов. Принципиально тот же набор божеств. Почти тот же состав священных животных: культ собаки, коня, коровы, быка.
Различия, конечно же, есть. По понятным причинам на Иранском нагорье нет божества с головой слона. Но зато силён культ собаки, охранника бесчисленных стад. Не случайно же именно собака выкормила Кира, а уж потом сытого ребёнка подобрал и воспитал пастух. Раз ребёнка спасла собака – значит, правильный человек. Его избрали боги.
И коню персы тоже поклонялись. Царь Ксеркс запретил культы божеств – дэвов или дайвов – в пользу государственного культа Ахурамазды. Но и войско Ксеркса сопровождали десять священных коней.
Корова была так мила сердцу персов, что в древнейшей части «Авесты» часты поэтические образы: у хорошего человека – душа коровы. Верховного бога Ахурамазду называют «творец коровы».
В общем, аналогии и с Индией, и даже с Римом – потому что всё это ветки одного дерева индоевропейцев.
Персы и их достижения
Иранцы пришли в Иран сравнительно поздно: лишь к началу I тысячелетия до Р.Х. Именно что в Иран! Название «Персия» очень неточно, потому что персы – лишь один из многих народов Ирана: мидийцев, бактрийцев, парфян, белуджей… и ещё полутора десятков. Иран – это и означает «страна ариев».
Первые индоевропейцы на Переднем Востоке смогли стать военной аристократией и выдвинуть из своей среды царей Митанни, Таанаха, Зир-Банана – ещё в XVIII–XVII веках до Р.Х. Но эти малочисленные переселенцы скорее были ассимилированы, чем ассимилировали народы, говорившие на кавказских и дравидийских языках.
В Индии было то же самое: первые переселенцы малочисленны, их ассимилируют или оттесняют в горы. Только арии, пришедшие в Индию после XVI–XV веков до Р.Х., составили большинство на её севере и начали ассимилировать варуна и дасью. В этом им помогала гибкая кастовая система, позволявшая создать «четвёртую варну» – шудр.
А в Иране с X–IX веков индоевропейцы оказались настолько сильными и многочисленными, что сами начали ассимилировать прежнее население. Ко времени Сасанидов, а быть может, и парфян, окончательно исчезают лулубейский и эламитский языки. Ахемениды властвовали над громадной разноплеменной империей, но это было их государство, построенное по традициям и в соответствии с представлениями иранцев о том, как должно стоять государство.
Об индусах рассказать было некому – они сами были единственным цивилизационным центром Индии. Вокруг них бушевала варварская периферия; не дасью рассказывали об ариях, а наоборот – арии про дасью.
А вот иранские арии были одним из многих цивилизованных народов Переднего Востока, а потом и соседями греков, соперниками римлян. Благодаря этому мы хорошо знаем историю Персии – не от самих персов, а от их соседей. Слишком уж это грозный был противник, приходилось к нему внимательно присматриваться.
Первое, что удивляло у персов представителей могучих централизованных монархий Древнего Востока, – это рыхлость их государства. Сатрапии, в которых смешивались разные народы под началом персидских чиновников, были удобнее для управления – но и они были полунезависимыми полугосударствами, а не простыми частями унитарного государства.
Попытка нелояльности, тем более отделения, влекла мгновенный удар всего войска Ахеменидов, но вообще каждой сатрапии предоставлялось намного больше самостоятельности, чем любой провинции Ассирии или Вавилонии. Пока сатрап исправно собирал налоги, подчинялся нечастым приказам центра и был лоялен тому, кто занимал трон, он мог делать буквально всё, что угодно. Центральная же власть почти не вмешивалась во внутренние дела ни сатрапий, ни покорённых народов. Она считала, что её дело – ведение войн и расширение империи, а внутри государства – организация инфраструктуры, поддержание порядка, устройство обмена товарами и идеями. Завоеватели Элама и семитских народов принимали эламский и аккадский в качестве государственных языков.
Привыкшие к неукоснительному повиновению многочисленным указам обожествляемого монарха семиты, наверное, не очень понимали, как вообще держится и не разваливается на части единое государство Ахеменидов.
Кроме этой рыхлости государственного устройства рыхлой была сама верховная власть. Никаких признаков обожествления царя. Престол совершенно не обязательно переходил от отца к сыну, и все персидские цари были не кровными прямыми наследниками предшественников!
Первые ахемениды ещё наследовали друг другу по прямой мужской линии. Внук Ахемена, главы ведущего клана в персидском племени пасаргадов, Куруш (Кир) I был сыном царя Аншана Теиспа. А его брат Ариарамен параллельно правил как царь Персии, и получается – у одного народа было сразу два царя.
Насколько безразличны были иранцы к конкретной истории, показывает хотя бы такой факт – мы не знаем, когда именно правил Куруш-Кир: с 600 по 580 год до Р.Х. или с 652 по 600 год до Р.Х.
Дария I в цари выбрали.
Дарий II был сатрапом Гиркании по имени Ох или Вахура. Дарий – тронное имя, принятое после захвата власти. Он к тому же сын вавилонской наложницы и носил кличку Нот – «незаконнорождённый».
Дарием III стал сатрап Армении Аршама.
Артаксерксом IV стал сатрап Бактрии Бесс; как и Дарий II – он только дальний родственник царей.
Персидская знать сохраняла необычно независимое положение и руководствовалась правилами, которые больше всего напоминали законы Ману в отношении кшатриев. Рыцари до рыцарства.
«При царском дворе, а также в знатных семьях сохранялся дух рыцарства, вообще свойственный Дарию, но в то же время чувствовалось сильное влияние так называемого восточного образа жизни и мышления высокоцивилизованного Двуречья»[5].
Третьей особенностью иранцев было их поклонение общим и абстрактным божествам. В Индии арии оказались в изоляции от остального цивилизованного мира, и в результате сохранили даже звероподобных богов и поклонение змеям.
В Иране арии вели себя иначе: «Ставить кумиры, сооружать храмы и алтари у них не дозволяется, тех кто поступает противно их установлению, они называют глупцами. Потому мне кажется, они не представляют себе богов человекоподобными, как делают это эллины.
У них в обычае приносить Зевсу жертвы на высочайших горах, причём Зевсом они называют весь небесный свод. Приносят жертвы они также Солнцу, Луне, Земле, Огню, Воде и ветрам. Они не воздвигают алтарей и не возжигают огня, не делают возлияний»[6].
Четвертое: иранцы были не меньшими расистами, чем индусские арии, но поразительно умели создавать большие общественные системы с собой во главе. Они умели отводить завоёванным народам и областям место в своей империи, строили иерархию, и при этом:
– не мешали внутренней религиозной и культурной жизни покорённых народов;
– использовали внутри империи их природные склонности и таланты;
(При Ахеменидах в руках еврейских купцов оказывается караванная торговля чуть ли не всей Персидской империи. Какой процент капитала в их руках, какое число товаров пропускают они через свои магазины, подсчитать очень трудно. Но известно, что крупных еврейских купцов очень много, а в некоторых городах (в Сузах, Мари) больше половины крупных купцов – евреи.)
– охотно привлекали к строительству своей империи людей этих народов.
Персам исправно служили жители Малой Азии, вавилоняне, эламиты, касситы, арамеи, лулубеи, финикийцы, египтяне, индусы… Всех, пожалуй, и не перечислишь.
Многие евреи делают карьеры при дворе наместников провинций – сатрапов. Они не воины, да и кто доверит иноплеменникам руководство армиями и разведкой? Иудеи – чиновники. Те писцы, исполнители, хранители архивов, которые вроде бы и не важны каждый сам по себе, но необходимы для работы органов управления. Это люди, которые доводят приказы и решения начальства до практического исполнения.
В этом слое провинциальных чиновников Персидской империи довольно много людей всех «местных» народов, а некоторые из них становятся чиновниками даже в центральном аппарате управления и придворными персидских царей.
Если верить Библии, таким придворным был пророк Даниил. Когда персы осаждали Вавилон, на стене дворца вавилонского царя вспыхнули огненные письмена – «Мене. Текель. Уфарсин» («Сосчитано. Взвешено. Разделено»). Никто не мог понять, что это означает, только иудейский пророк Даниил сразу понял: «Сосчитаны дни твоего правления, царь, взвешены твои грехи, разделено твоё царство между мидянами и персами».
Про горящую надпись ни один источник, кроме Библии, не сообщает совершенно ничего. Не известно истории и имя вавилонского царя Бельшацара (Валтасара), названное Библией; при том, что имя тогдашнего владыки Вавилона хорошо известно: царь Набонад.
Но вот что зимой 538 года до Р.Х. персы, отведя русло Евфрата, внезапно появились в городе Вавилоне и стремительно взяли его, это исторический факт. Иудеи были в таком восторге от поражения своих врагов, что тут же вышли навстречу персидскому войску с пением и плясками, размахивая пальмовыми ветвями.
Персидский царь, которого Библия именует Дарий Мидянин, умилился такому энтузиазму и освободил иудеев из вавилонского плена. Всем евреям было разрешено вернуться в Палестину, казна выдала деньги на восстановление разрушенного вавилонянами Иерусалимского Храма. Даже все захваченные в Храме вавилонянами золотые и серебряные сосуды персы отняли у побеждённых вавилонян и вернули иудеям.
В результате своей жесткости и увода иудеев в плен вавилоняне пожали только ненависть и злорадство по поводу их поражения. А добродушные и справедливые персы приобрели долгую благодарность и лояльность иудеев, старательную службу пророка Даниила.
Иранцы умели учиться у покорённых народов.
У вавилонян и ассирийцев персы заимствовали клинопись и приспособили её к записи звуков своего языка. У ассирийцев они учились строить дороги и организовывать сапёрные части – и вскоре превзошли своих учителей.
У вавилонян персы учились технике управления государством, формам юридических документов и переняли их имущественное право. В Персии вавилонские идеи сделались более рациональными, их упростили и приспособили к реальности… Опять же обогнали вавилонян.
Персы заимствовали в Лидии идею чеканить монеты и тоже пошли дальше лидийцев: дарик стал уже не «золотым караваем», а полноценной круглой монетой со стандартным весом, который гарантирует государство.
В целом иранцы заимствовали у других ариев и у неарийцев гораздо больше, чем неарийцы у них. Возможно, в этом и состояло их большое преимущество.
Они даже не меняли названия частей своего государства и не строили новых городов. Аншан – древнее эламитское название территории. С III тысячелетия до Р.Х. это была столица всего Элама до переноса столицы в Сузы.
Аншан находился в 36 километрах к северо-западу от города Шираз в горах Загроса, на юго-западе Ирана.
Шираз – это иранское произношение эламского названия страны Тиразин, или Шираззин. Племя парс стало называть эту же территорию Парсом, Фарсом. Она и сейчас так называется, это сердце Персии.
Пасаргады, первая столица персов, у эламитов называлась Батракаташ.
Этническое имя персов впервые упоминается в 836 году до Р.Х. в форме Парсуа – названия одной из областей южнее озера Урмия. Ассирийские цари Салманасар III, а потом Тиглатпаласр III в 743 году до Р.Х. воюют с Парсуа. Роли Парсуа в политике меняются – в 643 году до Р.Х. области Парсуа и Аншан уже упоминаются как «лагерь персов», и слово это персидское. А персы просто переделали на свой лад эламитское название.
Персеполь, Город Персов, они построили только после 520 года: через два столетия после того, как появились в Эламе.
В древней же эламитской столице Сузы они стали строить дворец: древний дворец эламитских царей показался Дарию слишком тесным. Начал строить Дарий, а закончил уже Ксеркс. Дворец стоял на прямоугольной террасе размером 400x260 метров и занимал площадь 250x150 метров. Общая площадь комнат, коридоров и дворов составляла 20675 м², из которых 10434 м² приходилось на огромный парадный зал – ападану – для торжественных приёмов сановников и чужеземных послов. Потолок зала поддерживали шесть рядов колонн, вершины которых были украшены капителями в виде бычьих голов.
В тексте строительной надписи говориться: «Вот материалы для украшения, которые использованы для этого дворца: золото, серебро, лазоревый камень, бирюза, сердолик, кедровые балки, дерево из Маккана, эбеновое дерево, слоновая кость… Вот страны, которые доставляли украшения для этого дворца: Персия, Элам, Мидия, Вавилония, Ассирия, Аравия, Египет, Лидия, Иония, Урарту, Каппадокия, Парфия, Дрангиана, Арейя, Хорезм, Бактрия, Согдиана, Гандхара, Скифия, Саттагидия, Арахосия…».
Именно Сузы избрал царь Дарий I столицей Ахеменидской державы – вероятно, помня о древней славе и желая её продолжить в своей империи.
Вообще же персидский царский двор был «кочующим» – осень и зиму он проводил в Вавилоне, лето – в Экбатанах, весну – в Сузах, а время больших праздников – в Пасаргадах и Персеполе. Но весь центральный аппарат государственного управления находился именно в Сузах.
Густая сеть дорог связывала Сузы со всеми провинциями-сатрапиями огромной империи. Персидские клинописные документы, относящиеся к рубежу VI–V веков, содержат обильную информацию о том, как из Суз во все области страны, от Египта до Индии, посылали гонцов с распоряжениями верховной власти. Сюда же, в Сузы, в «столицу мира», приходили все донесения, адресованные царю.
Не случайно в Персидской империи было поразительно мало восстаний.
Воспользовавшись отсутствием Дария, его наместник перс Мартия восстал, объявил себя царём Элама и принял эламитское имя Хумпаникаша. Дарий двинул войска на подавление мятежа, но эламиты и сами убили Мартию. Обычно говорится, что они испугались предстоящей страшной расправы… Но ведь и особого смысла восставать им вовсе не было. Возможно, эламиты были лояльнее царям Ирана, чем некоторые персы.
Иранцы о самих себе
Иранцы писали, приспособив клинописные знаки из Вавилонии к звукам своего языка.
Учёных давно привлекала Бехистунская скала к востоку от Керманшаха, по дороге из Багдада в Тегеран. На этой скале и сегодня ясно различимы клинописные знаки.
Это надписи на персидском, эламском и аккадском языках, сделанные царём Дарием после своего воцарения. «Вот что я совершил по воле Ахурамазда в течении одного года, – сообщает Дарий, – После того как я стал царём, я дал 19 сражений. По воле Ахурамазды я разбил врагов и взял в плен девять царей. Это сделал я, Дарий, царь царей, царь великий, царь стран, сын Гистаспа, Ахеменид. Это царство, которым я владею от Скифии, которая позади Согдианы, до Эфиопии, от Индии до Сард, дал мне Ахурамазда, величайший из богов. Да защитит Ахурамазда меня и мой дом!».
Мы можем прочитать этот текст потому, что персидская клинописная система письменности расшифрована с 1802 года: первой из всех клинописных систем Древнего Востока. Персы «заговорили», но сказали о себе поразительно мало. Как и для индусских ариев, для них не имела особого значения «линейная история» – последовательная повесть о происшествиях и событиях. Исторические факты для них легко смещались во времени, превращались в мифы, облегались невероятными, но назидательными для них подробностями.
И о своём хозяйстве, и о всех своих достижениях персы писали мало и скупо. Не хвастались. Только от их соседей мы знаем, что Персия славилась колоссальными стадами скота, что ассирийцы и вторгались на Иранское нагорье, чтобы угнать побольше коров и коней. Что персидские кони вызывали восхищение окрестных народов и считались лучшими на Переднем Востоке. Что в Мидии впервые начали выращивать люцерну, которую называли – «лошадиная пища». Что персы изобрели боевые колесницы, колёса которых снабжались острыми серпами. Колесница мчалась, а полуметровые лезвия бешено вращались, не давая к ней подойти, пока один или два лучника стреляли с колесницы.
По настоящему важным делом для персов была религия. Кроме хозяйственных документов, приказов и официальных манифестов, они оставили много религиозных текстов.
Но всё же мы очень мало знаем о древних иранцах. Намного меньше, чем хотелось бы. А то, что знаем, на 80 процентов пропущено через язык, мировоззрение, понимание жизни соседей.
Где же возник зороастризм?
Может быть, зороастризм возник не в самом Иране, а раньше? В том мятущемся мире срубных и андроновских культур? Если Зороастр жил за 15–17 веков до Р.Х., жить в Иране он никак не мог.
Иногда даже предполагают, что возник зороастризм в Приуральских степях. Что Аркаим и стал тем местом, на горах вокруг которого светящиеся существа поставили Заратуштру.
Им возражают: иранцы поклонялись быку, корове, лошади и собаке. Природные скотоводы, они переходили к земледелию медленно и неохотно. До 40 процентов текста священной книги зороастрийцев, «Авесты», приходится на проповедь земледелия как благостного и угодного богам занятия.
Но почему они должны были переходить к земледелию именно в Иране? В Южнорусских степях, в Предуралье и в Сибири тоже сочетались земледелие и скотоводство.
Для однозначного ответа мы знаем ещё слишком мало. Вредные индоевропейцы слишком мало писали о своих передвижениях, вождях и царях, о своих государствах.
Но на уровне предположения – может быть, наше многострадальное отечество – родина не только коня, тележного колеса и колесницы? Но и зороастризма?..
Источник: НИР №4-5, 2026
Андрей БУРОВСКИЙ к.и.н., д.ф.н, профессор
[1] Берзин Э.О. Чему учил Заратустра//Атеистические чтения. – 1985.– № 14.
[2] Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте универсальной истории (Синергетика-психология-прогнозирование). – М: Мир, 2004.
[3] Кузьмина Е.Е. Откуда пришли индоарии? М.: МГП «Калина» РАН, 1994. С. 203.
[4] Васильев И.Б., Кузнецов П.Ф., Семёнова А.П. Погребения знати в Среднем Поволжье//Археологические вести. Вып. 1. СПБ, ИИМК, 1992.
[5] Уилбур Д. Персеполь. Археологические раскопки резиденции персидских царей. – М: Изд-во Восточной литературы, 1977. С. 21.
[6] Геродот. История. – Л: Наука, 1972. С. 131–132.