2026 год – особый для мусульман России. Впервые в истории российский город – Казань – получил статус культурной столицы исламского мира.
Такое решение было принято в феврале 2025 года на XIII Конференции министров культуры государств – участниц Организации исламского сотрудничества в Джидде (Саудовская Аравия). О том, почему столица Республики Татарстан получила столь высокое международное признание и каков вклад казанских мусульман в развитие исламской цивилизации – в беседе нашего корреспондента с директором Института истории имени Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан, доктором исторических наук, академиком АН РТ, заслуженным деятелем наук РТ Радиком Римовичем САЛИХОВЫМ.
К 4-й странице обложки
– Уважаемый Радик Римович, Казань гораздо моложе других городов, которые в прошлые годы избирались культурными столицами исламского мира, – например, Самарканда, Алеппо или Мекки. Тем интереснее и важнее выяснить, каковы заслуги столицы Татарстана перед исламским миром, почему она удостоилась такой чести – стать в 2026 году культурной столицей исламского мира.
– Казань по историческим меркам – тоже древний город. Ему более тысячи лет. И он возник и развивался именно как мусульманский административный и культурный городской центр Волжской Булгарии, а затем Золотой орды и Казанского ханства. На протяжении многих столетий здесь строились многочисленные мечети, действовали крупные исламские образовательные учреждения, создавали свои замечательные труды мусульманские учёные и поэты.
Казань стала третьим городом в Российской империи, где появился университет. Он был открыт в 1804 году, и практически сразу в нём началось преподавание восточных языков, подготовка арабистов, тюркологов, исламоведов. Кстати, далеко не все знают о том, что великий русский писатель Лев Толстой, поступая в Казанский университет, выбрал именно разряд восточной словесности философского факультета Казанского университета.
В Казани жил и работал выдающийся богослов Шигабутдин Марджани, ставший предтечей исламского обновления в России во второй половине XIX – начале ХХ века. Это был выдающийся религиозный деятель, просветитель, философ, историк, а также этнограф, археограф, востоковед и педагог. Он является автором около 30 сочинений и комментариев, написанных на арабском языке, по морфологии, грамматике, логике, философии, риторике, фикху, воспитанию, истории татар. В 2002 году его имя присвоено нашему Институту истории. А в 2018 году, когда в Татарстане отмечали 200‑летие со дня рождения Марджани, в Казани, на берегу озера Кабан, был открыт памятник учёному.
Казань начала ХХ столетия – это столица российского джадидизма, реформаторского движения в российском исламе, где были крупнейшие реформированные мусульманские учебные заведения, выходили в свет газеты и журналы, работало множество типографий и издательств, а талантливая мусульманская молодёжь пробовала свои силы в литературе и художественном творчестве. Но самое главное, столица Республики Татарстан продолжает сегодня хранить эту яркую и содержательную историческую преемственность. В исламском мире о Казани знают не только как о северном форпосте ислама, но и как о крупном промышленном, культурном и экономическом центре, продолжающем, как и тысячу лет назад, соединять народы и цивилизации.
– В 2005 году в Казани на территории Кремля была торжественно открыта мечеть Кул Шариф. Сегодня это не только одна из достопримечательностей города. Мечеть практически сразу стала символом Казани. Чем это можно объяснить? Что известно о той реальной исторической личности, имя которой присвоено мечети?
– Мечеть «Кул Шариф» сразу же полюбилась народу. Можно сказать, что её создавали всем миром. Сначала было широкое общественное обсуждение её проектов, а затем и сбор средств на её строительство, в котором приняли активное участие татары, а также представители других национальностей со всей России. Не остались в стороне и дружественные мусульманские государства. Однако ведущим фактором была поддержка руководства Российской Федерации и подвижничество первого президента Татарстана Минтимера Шаймиева.
Что касается названия, то мечети, находящейся в Казанском Кремле, было, по сути, возвращено историческое наименование, связанное с личностью главы мусульманского духовенства Казанского ханства – сеида Кул Шарифа. Мечеть и медресе Кул Шарифа находились в ханском кремле.
О самом имаме сегодня известно немного: жил в первой половине XVI века. В истории остался как проникновенный проповедник, дипломат, государственный деятель, педагог и поэт.
У татар мечети никогда не были чисто религиозными заведениями, но обязательно ещё и просветительскими. Поэтому в мечети Кул Шариф изначально было запланировано разместить музей исламской культуры. В нём есть постоянная экспозиция, рассказывающая об исламе, устраиваются временные выставки, проводятся мероприятия для разных возрастных групп. То есть главная мечеть Казани выполняет сегодня свою просветительскую роль.
– Мечеть открылась в год празднования тысячелетия Казани. Кстати, этот топоним имеет несколько этимологических версий. Какая из них наиболее точная с научной точки зрения?
– Да, существует несколько версий этимологии топонима «Казань». Ни одна из них на сегодняшний день не имеет научного подтверждения. На мой взгляд, учитывая, что гидронимы являются наиболее древними топонимами, вполне возможно, что город получил своё название от реки Казанка. А вот её название от чего происходит – от древних финно-угорских языков, булгарского или кипчакского и как переводится – остаётся только гадать.
Мне нравится легенда о котле – казане, она отражает, с одной стороны, средневековую легендарную историю нашего народа, с другой – своеобразный холмистый рельеф столицы республики. Не случайно сегодня одной из ярких достопримечательностей города является здание центра семьи «Казан», построенное в форме древнего татарского котла.
– Какие, на ваш взгляд, наиболее значимые для развития ислама события произошли на казанской земле за минувшие 10 веков?
– Во‑первых, посещение Казани в 1767 году императрицей Екатериной Великой, её личное разрешение на строительство двух каменных мечетей в Старотатарской слободе и, как выдающийся результат этого визита, принятие знаменитого Указа от 17 июня 1773 года «О терпимости всех вероисповеданий…».
Ещё бы я назвал появление богатой, амбициозной и очень энергичной татарской мусульманской буржуазии, которая, опять-таки благодаря реформам Екатерины II, развернула крупные международные коммерческие операции, соединяя российский рынок с рынками Центральной Азии и Китая.
Создание в Казани первой татарской типографии в 1801 году, которая впоследствии получила название Азиатской. Именно эта типография первой в России начала массовое издание мусульманской религиозной литературы, в том числе Корана. Именно Казань стала тем городом, где впервые сами мусульмане для своих братьев‑единоверцев набрали и напечатали коранический текст. Это произошло в 1803 году, на сто с лишним лет раньше, чем в мусульманских государствах. В Египте, например, Коран был издан типографским способом только в 1923 году. Казанские Кораны в XIX веке получили распространение в Центральной Азии, на Ближнем и Среднем Востоке. Кроме этого, массовое распространение печатного Корана среди рядовых татар-мусульман сказалось на религиозной грамотности населения, что привело в итоге к реформе исламского образования сначала на территории Казанской губернии, а затем и в других мусульманских регионах Российской империи.
О джадидизме, или обновленчестве, я уже сказал выше. Казань в начале ХХ века являлась крупнейшим образовательным исламским центром Российской империи. Достаточно упомянуть джадидское медресе «Мухаммадия», созданное выдающимся педагогом-новатором Галимзяном Баруди.
Кстати, на казанской земле появилась и первая в России мусульманская публичная библиотека «Китапханаи Исламия», созданная в 1906 году известным педагогом и журналистом Ахметхади Максуди при поддержке книгоиздателей братьев Каримовых. В Казани действовала одна из первых мусульманских благотворительных организаций страны – Общество пособия бедным мусульманам города Казани, обладавшая самым большим капиталом и разветвлённой сетью своих учреждений.
Важно также отметить, что именно в Казани мусульмане особенно ярко проявляли патриотические чувства. Мусульман города можно назвать служилым сословием, главным долгом и смыслом жизни которого было беззаветное служение Отчизне. Так было во времена Смуты, во время Пугачёвского бунта, Наполеоновских войн, во всех других сражениях, где отстаивалась честь и независимость Российского государства.
Современная эпоха – новый выдающийся этап в истории ислама в Казани. Я бы здесь выделил строительство новых, изящных по своей архитектуре мечетей, создание разноуровневых мусульманских учебных заведений, развитие халяль индустрии, проведение различных фестивалей (например, с 2005 года в Казани проходит международный кинофестиваль «Алтын минбар» – «Золотой минбар», в последнем, 2025 года, приняло участие 67 государств!) и религиозных мероприятий. Венцом этого поступательного движения можно назвать форум «Россия – Исламский мир: KazanForum», который является ярким событием не только отечественной, но и международной жизни.
– Какие исторические и религиозные деятели принесли славу Казани?
– Я как историк назвал бы десятки, а то и сотни имён исторических и религиозных деятелей, внёсших свой вклад в развитие Казани и исламской культуры. Но ограничусь несколькими именами, отражающими характер и процессы, происходившие в ключевые моменты истории города.
Среди них первые имамы первой соборной мечети Казани Абдрашит Юсупов и Абубакир Ибрагимов. Они не только участвовали в судьбоносной встрече мусульман с Екатериной II в Казани, но отдали все силы и даже имущество на строительство первой каменной мечети города. Первоначально её называли «Эфенди» (Господской), в честь одного из самых её знаменитых имамов первой половины XIX века Ибрагима Хузяша. В 1850 году в ней начал служить Ш. Марджани, и люди, направляясь в мечеть, говорили – идём к Марджани. Так и называют до сегодняшнего дня эту мечеть – мечеть Марджани.
В числе великих имён – богослов Габденасир Курсави, который в начале XIX века активно участвовал в жизни мусульманской Казани. Конечно же, это теолог, педагог, историк, востоковед-историк, каллиграф Хусаин Фейзханов и его великий учитель Шигабутдин Марджани. Они дали начало новой исторической науке татарского народа, серьёзно размышляли над реформой конфессионального образования. В этом же ряду находится имя просветителя Каюма Насыри.
Знаменитый казанец – отец джадидских преобразований в мусульманской школе Галимзян Баруди, первый демократически избранный муфтий Оренбургского Магометанского Духовного Собрания. Нельзя не назвать и выдающего мусульманского благотворителя Ахмеда Хусаинова, пожертвовавшего всё своё состояние на развитие джадидского образования. Ещё одно славное имя – Ахметхади Максуди, он был прекрасным педагогом-новатором, журналистом, создателем общенациональной газеты «Юлдуз» и одного из самых популярных учебников‑букварей для джадидской школы «Мугаллимуль ааваль» (Первоначальный учитель). Кстати, в Казани в Апанаевском медресе учился выдающийся богослов Муса Бигиев.
Говоря о современных представителях мусульманского сообщества Казани, я бы с большим уважением упомянул ветерана Великой Отечественной войны, писателя, учёного, религиозного деятеля Хариса хазрата Салихджана, который в возрасте 98 лет продолжает заниматься проповеднической и просветительской деятельностью.
– Радик Римович, если бы вас попросили провести экскурсию по памятным местам Казани, связанным именно с исламом, что бы вы показали в первую очередь?
– Безусловно, прежде всего я бы показал две наши первые мечети – мечеть Марджани, о которой мы уже говорили, и Апанаевскую. Название этой мечети связано с фамилией благотворителей, которые её содержали, а вот человеком, который дал деньги на её строительство, был купец Йакуб Султангалеев. Чтобы подать пример единоверцам, во время строительства мечети по вечерам он вместе со своей женой помогал перетаскивать кирпичи и брёвна. Специально из Москвы он привёз мастера, чтобы перекрыть железом крышу мечети, поскольку таких специалистов в Казани в XVIII веке не было.
Около десятка домов недалеко от мечети принадлежало знаменитой купеческой семье Апанаевых. Они начинали с транзитной торговли – перепродавали азиатские товары на русском рынке и русские товары в Средней Азии. Собственное производство у них появляется уже в XIX веке: часть капитала было вложено в мыловаренное производство, часть – в мануфактуры по производству серы и обработке кожи.
Обе мечети находятся в центре Старотатарской слободы, на перекрёстке оживлённых туристических маршрутов. Рядом с ними сохранившиеся здания приходских медресе «Марджания» и «Касимия», хранящие память о многих выдающихся сынах татарского народа. Впрочем, все исторические мечети Казани, полностью восстановленные и реконструированные и, Аллага шокер (татар. «Слава Всевышнему!». – Ред.), действующие, достойны внимания гостей нашего города. Для меня нет в Старотатарской слободе рядовых объектов.
Все наши памятники хранят драгоценные мгновения нашей истории, будь то типография братьев Каримовых (в прошлом году исполнилось 125 лет со дня её открытия), которые издавали и религиозные тексты, и учебники для медресе, и художественную литературу, или дом генерала Мухаммадшафи Шамиля, третьего сына имама Шамиля, или здание медресе «Мухаммадия». Огромная благодарность руководству республики и города за бережное сохранение и постоянное благоустройство наших святынь.
– Казань (да и Татарстан в целом) сегодня, наверно, можно назвать Россией в миниатюре с точки зрения полиэтничности и многоконфессиональности, примером для многих исламских государств в выстраивании межрелигиозного диалога. В исторической перспективе как бы вы охарактеризовали отношения православия и ислама (они в прошлом складывались по-разному) на казанской земле?
– Ислам и православие всегда были основой наших духовных ценностей, одним из главных условий межнационального мира и согласия, братского и созидательного единения народов Татарстана. Эта многовековая историческая традиция и характеризует современные взаимоотношения наших основных конфессий. Это определяющая особенность такого уникального государства-цивилизации, как Россия. Показательна в этом отношении инициатива первого президента РТ М.Ш. Шаймиева, благодаря которому были возрождены древний Болгар как очаг исламской цивилизации и остров‑град Свияжск – православной.
Крайне важна деятельность в этом направлении раиса Республики Татарстан, руководителя Группы стратегического видения «Россия – Исламский мир» Рустама Минниханова, который вносит большой вклад в сохранение духовного наследия нашей республики и страны. Большой международный резонанс вызвали поддержка возрождения Казанского Богородицкого монастыря и строительство новой соборной мечети в столице Татарстана.
– Я помню выступление М.Ш. Шаймиева на заседании Группы стратегического видения «Россия – Исламский мир» в Стамбуле в 2007 году. Он тогда привёл татарскую пословицу: «Тот, кто силён, победит одного. А кто умён – победит тысячу». И далее – «Наш век – эпоха соперничества умов и современных технологий. Я понимаю, что легче найти новое месторождение нефти. Однако интеллектуальный потенциал стоит больше, чем нефть». Как вы оцениваете интеллектуальный потенциал казанской (шире – татарской) уммы? Как академические институты, в том числе Институт истории, взаимодействует с Духовным управлением мусульман Татарстана, с Российским исламским институтом в Казани, с Болгарской исламской академией?
– Сегодня город Казань – один из сильнейших исламских интеллектуальных центров нашего государства. И, как вы правильно отметили, важным условием развития этого потенциала является взаимодействие вузовских и академических организаций с мусульманским сообществом. Приведу показательный пример. Ректор Российского исламского института, заместитель муфтия ДУМ РТ Рафик Мухаметшович Мухаметшин одновременно является действительным членом Академии наук Республики Татарстан. Уже много лет он возглавляет работу по изданию многотомной «Антологии татарской богословской мысли» на русском языке.
Кроме того, многие современные специалисты по исламоведению в Татарстане – это аспиранты нашего института. Сегодня трудно рассматривать в отдельности религиозные образовательные организации и академические институты республики. Мы очень тесно взаимодействуем, как в рамках преподавательской работы, проведения научных мероприятий, так и деятельности диссертационных советов, выступаем с лекциями в Болгарской исламской академии. Однако простор для расширения такого взаимодействия остаётся, и, конечно, необходимо более активно действовать в этом направлении.
– В ХХI веке Казань стала местом проведения ряда общеисламских акций и мероприятий, главным из которых, безусловно, является международный экономический форум «Россия – Исламский мир: KazanForum». В рамках форума Институт истории, который вы возглавляете, и Духовное управление мусульман РФ проводят научно-практическую конференцию «Чтения имени Ш. Марджани». Расскажите о них подробнее и в целом о работе Института по исламоведческому направлению.
– Всероссийская научно-практическая конференция «Чтения имени Шигабутдина Марджани», проводимые ДУМ РФ и Академией наук Республики Татарстан, в последние годы превратилась в своеобразный научный бренд, авторитетную научную площадку, на которой ежегодно обсуждаются актуальные вопросы отечественного исламоведения и мировой уммы.
В минувшем 2025 году состоялись юбилейные, X чтения. Они были посвящены проблеме трансформация уммы в контексте евразийской цивилизации. В рамках конференции в мечети Марджани прошло пленарное заседание на тему «Роль татарских богословов и общественных деятелей в развитии правовой культуры и гражданской идентичности российского общества». На нём с докладом «Наследие татарских теологов и просветителей: находки и исследовательские перспективы» выступил и. о. заведующего отделом истории религии и общественной мысли нашего Института, руководитель Центра изучения наследия Мусы Бигиева Московского исламского института, кандидат философских наук, доцент А. Г. Хайрутдинов. Кроме этого, в Институте истории АН РТ работали две секции чтений – «Правовая культура и гражданская идентичность российских мусульман» и «Опыт российского мусульманского просветительства в формировании гражданской культуры и патриотизма».
В 2026 году также ожидается серьёзный научный форум. В настоящее время мы работаем над проблематикой программы. В центре изучения и обсуждения будут всё те же актуальные проблемы: история российского ислама, вопросы источниковедения, наследие наших отечественных богословов и многое другое.
Наша научно-практическая конференция станет частью форума «Россия – Исламский мир: KazanForum» и войдёт в число мероприятий, посвящённых международному признанию Казани в качестве культурной столицы исламского мира.
Источник: НИР №3, 2026
Беседовала Ольга СЁМИНА